В Минусинском региональном краеведческом музее прошли традиционные, уже семнадцатые, Мартьяновские чтения. Три дня научные работники, сотрудники музеев, краеведы Красноярского края, Хакасии, Тувы, Новосибирска выступали с докладами, сообщениями. Они работали по трем секциям: “300 лет в составе России: канун даты”, “Музей и общество”, “Археология”. Активное участие в работе практически всех секций приняли сотрудники ХакНИИЯЛИ, ХГУ, республиканского краеведческого музея Хакасии.
Трудно мне было решить, какой секции отдать предпочтение — заявленные темы докладов везде интересны. Но все-таки давнее увлечение возобладало: отправилась к археологам. Руководил работой секции преподаватель ХГУ, кандидат исторических наук Валерий Зубков.
Минувшим летом экспедиция, которой руководил Зубков, работала в долине реки Большие Арбаты. О результатах работы этой экспедиции он кратко рассказал коллегам и показал наиболее интересные находки. Там были найдены многочисленные орудия труда людей каменного века (верхний палеолит), изготовленные из местной гальки. Среди них особый интерес вызывает так называемое вкладышевое оружие, которое на территории Хакасии найдено впервые. Эта и многие другие находки археологов имеют близкое сходство с орудиями труда, обнаруженными на Майнинской стоянке (во всяком случае об этом можно судить по известным публикациям). Находки их еще предстоит изучать, но уже можно сказать, что они близки к афонтовской культуре.
Как правило, пытливым взором археологи охватывают степные просторы, где очень отчетливо видны многочисленные могильные курганы. Их даже искать не надо — они хорошо видны в степи. Но ведь люди в древности жили не только в степи, они нередко искали укрытия в тайге. Но ученым пока мало что известно о том, как они жили. Член-корреспондент Германского археологического института Николай Леонтьев (сотрудник Минусинского краеведческого музея) не первый год проводит вместе с сыном раскопки в подтаежной зоне. Нынешним летом археологи обосновались в верховьях реки, где изучали древнее поселение Таяты-3 на территории Каратузского района. Обнаружили там развалины двух древних плавильных печей. Сохранились каменные орудия труда — молот, которым дробилась руда, песты, которыми ее толкли.
— Это традиционное проявление ранней эпохи таштыкской культуры — разовая плавильная печь, — сказал Леонтьев.
Откуда древние металлурги брали руду, если поблизости нет железорудных месторождений? Археологи обратили внимание на то, что руду использовали особую, как будто обкатанную водой. Их предположение подтвердили геологи: да, эта руда не добывалась в горах, ее собрали на берегу реки. Дело в том, что Казыр выше по течению дважды пересекает железорудные месторождения. Река в половодье сносила руду, очищала от примесей и обкатывала ее. Использовать такую руду было гораздо выгодней, чем добывать ее в горах.
Захоронения в подтаежной зоне имеют несколько особенностей. Леонтьев назвал основные: таежники при захоронении детей были щедрей, чем степняки, — они оставляли в могилах настоящие вещи, а не их уменьшенные модели; в захоронениях подтаежной зоны практически не встречается керамика. И третья, очень странная особенность — все предметы в могилах намеренно испорчены. Причем были вещи, которые не просто сломаны, но даже перекручены, помяты. С подобной традицией в степных захоронениях археологи не встречались. Но она наблюдалась в захоронениях, присущих жителям подтаежной зоны более северных широт. Есть еще одна особенность таких захоронений — они совершаются на местах поселений, а не в отдалении от них. Так было и на поселении Таяты-3.
Найдены были также “фишки” — так археологи называют металлические кружки разного диаметра, которые встречаются им при раскопках. Они появляются в период афанасьевской культуры, потом с небольшими перерывами встречаются вновь и вновь. Но для чего нужны были эти “фишки”? Как их применяли? Пока никому не удалось выяснить это.
“Опыт проведения петрографического анализа” — так сформулировал тему своего доклада Николай Шлык, научный сотрудник ХакНИИЯЛИ. Если выразиться не научным, а житейским языком, то можно сказать, что Шлык попытался установить, из чего состоит сырье, использованное древними гончарами для изготовления керамической посуды. Второй вопрос: “Как они изготавливали свои изделия?” Он отобрал и отправил на анализ в лабораторию 81 образец керамической посуды, найденный при археологических раскопках памятников разного времени. Данные, которые он отразил на специальной таблице, заинтересовали слушателей. Но вот общей точки зрения на то, как их интерпретировать, у коллег Шлыка не было.
У молодых, начинающих исследователей еще недостаточно опыта, практических навыков в проведении научных исследований и археологических раскопок. Но они стремятся найти какой-то новый подход к изучению выбранной темы. Так, сотрудник Хакасского республиканского краеведческого музея Сергей Таскараков попытался не эмпирически, а в ходе эксперимента установить, насколько надежно защищали хакасских воинов доспехи XI — XII веков. При помощи энтузиастов центра исторического моделирования “Мерген” были выполнены комплекты защитного вооружения “Бригантина” и “Куяк” (по образцам, хранящимся в музеях Абакана и Минусинска). Использовалась сталь, подобная той, из которой было выковано древнее оружие (анализ ее был проведен в специальной лаборатории). А дальше — все, как в настоящем бою — дальнем и ближнем. В доспехи стреляли из лука, по ним наносили удары и палашом, и копьем, и боевым топором. Такое испытание на прочность помогало изучать защитные свойства доспехов, понять способ их крепления. На основании результатов эксперимента Сергей пришел к выводу, что применявшиеся в тот период панцирные пластины были надежной защитой воина. А кроме того, он предположил, что способ крепления панцирных пластин совершенствовался — сначала они соединялись с помощью шерстяных ниток, а потом — заклепками.
Грот Сагар-Хая, находящийся около села Чарков, известен давно. Согласно преданиям, именно здесь женщина из рода “кыргыз” спрятала от напавших врагов колыбель с младенцем. Вот в этом гроте уже второй год проводил раскопки Петр Амзараков, сотрудник ХГУ. Его находки подтвердили, что грот в качестве убежища люди использовали с древних времен: здесь нашли предметы как окуневской, так и тагарской, и таштыкской культур. В глубине грота люди часто разводили костер, готовили пищу. В этом месте нашли много костей животных. На них, как отметил Амзараков, есть следы обработки — из костей изготавливали простейшие орудия труда. Здесь же — каменный наконечник стрелы, фрагменты керамики. В гроте была обнаружена удивительная находка — обломок раковины. Как она попала сюда? Когда? Этот обломок, как и морские раковины каури, встречавшиеся при раскопках захоронений, — немые, но выразительные свидетели широких торговых связей людей, живших здесь в древности.
Ольга Ковалева, молодой научный сотрудник Минусинского краеведческого музея, рассказала о результатах археологических раскопок, которые проводились неподалеку от села Тесь (у горы Егорьевская). Это были четыре могильных кургана эпохи ранней бронзы. Все курганы разграбили в глубокой древности, поэтому у археологов было не так уж много находок. Но и то, что найдено, представляет интерес для науки. Как и способ устройства одного из курганов — захоронение не просто засыпали землей, а делали вальковую насыпь — она состоит из разнородных по плотности и цвету кусочков земли. Так были устроены несколько уже известных курганов, в том числе Барсучий лог. Поразительно высокими были двое мужчин, похороненных в одном из вскрытых курганов: рост одного достигал 190 сантиметров, а другого — 210 (!) сантиметров. По мнению Ковалевой, нет оснований говорить о том, что когда-то здесь проживало племя великанов, поскольку в других курганах этого же периода были захоронены люди самого обычного роста (средний рост людей того времени — 160 — 165 сантиметров). Очевидно, речь идет об аномалии, какие встречаются и в наше время. Люди такого огромного роста невольно вызывают у нас уважение. Представляете, как почитали таких великанов в древности, когда особо ценилась физическая сила? Это отразилось и на том, как погребли великанов, несмотря на то, что вождями они не были. Останки высокорослых людей не первый раз обнаруживают на территории Хакасско-Минусинской котловины. Они встречались, например, при раскопках, которые велись несколько лет назад на Подсуханихе (местность напротив горы Тепсей).
— Минувший археологический сезон принес что-то новое в науку? — с таким вопросом я обратилась к Зубкову после окончания работы секции.
— Если раньше археологи изучали в основном погребальные комплексы, то в последнее время все чаще исследуют поселения. Так было и в этом году. Шире стали использоваться данные естественных наук при изучении археологических памятников. Продолжается процесс накопления статистических данных. Все это нередко приводит к необходимости провести ревизию существовавших ранее взглядов на различные исторические периоды. Это и делают молодые ученые, — сказал Зубков.
Что ж, будем надеяться, что молодые, азартные исследователи еще скажут свое слово в науке.
Наталья КАЛЕМЕНЕВА
