Борьба с “продавцами смерти”

Было бы желание, а повод всегда найдется. Нашелся он и на этот раз. Своеобразным толчком к нашей беседе с заместителем начальника Управления Федеральной службы наркоконтроля РФ по Хакасии майором милиции Юрием АНОХИНЫМ стало небезызвестное выступление Людмилы Нарусовой.

Опасное предложение

— Поражает сам факт, — сказал он, — что госпожа Нарусова выступила с подобным заявлением. Одно затрагивание этой темы сыграло свою отрицательную роль. Уже идет обсуждение вопроса о… легализации поставок тувинского наркотика в Голландию. Известно, что в этой стране принят закон о свободном обороте легких наркотиков (так называемой “каннабисной группы”).

— Вы считаете, что власти Тувы поддержали бы предложение о легализации поставок наркотиков?

— Вы знаете, я думаю, что это предложение не могло вырасти на пустом месте. Кто-то когда-то Нарусовой сказал: попробуйте в Совете Федерации “закинуть” эту идею. Госпожа Нарусова лишь озвучила ее. Видимо, в Туве не хотят восстанавливать экономику законным способом, а хотят пойти по более легкому, пусть даже преступному, пути. Они проталкивают через Совет Федерации — через ту же Нарусову — вот такие популистские заявления, как мы их называем. Вроде бы безобидное предложение, по большому счету, но есть определенный резонанс.

— Какова возможность того, что это предложение будет принято?

— Шансов у предложения нет, по крайней мере при правлении нашего президента. Что будет дальше, не знаю.

Молодежь уже сейчас задает вопрос, почему не легализуют легкий наркотик? Ведь алкоголики же ходят по городу… Молодые просто не знают (и в школе об этом не говорят), что зависимость от наркотиков происходит на клеточном уровне. Клетка запоминает эйфорийное состояние, и организм постоянно нуждается в нем. Алкоголь же действует только на нервную систему, и через четыре часа все проходит.

Сейчас поколение другое. Лет через пять уже иначе, может быть, будут относиться к этому: подобные вещи станут приемлемыми. Вот в чем проблема…

— Хакасии грозят такие масштабы распространения наркотических веществ, как в Туве?

— Определенный шанс, конечно, есть. Но дело в том, что уровень жизни в нашем регионе значительно выше. Все-таки худо-бедно, но развиваются промышленность, сельское хозяйство, средний бизнес, чего не скажешь о Туве. Тува шагнула прямо из средневековья в социализм, и люди там занимаются по-прежнему скотоводством, охотой, рыбной ловлей…

А так у нас те же степи, тот же климат. Опасность есть, особенно если запустить…

Табор ушел в наркобизнес?

— Правда ли, что по Хакасии велик процент цыган среди наркоторговцев?

— Нас и без того обвиняют чуть ли не в национализме, но факт остается фактом: 80 процентов наркоторговцев, как ни странно, по злой иронии цыгане. Сбывают и опий, и гашиш… С героином, я знаю точно, они не связаны.

— Почему? Достать сложнее?

— Потому что якобы некогда на цыганском сходе было решено не иметь дела с героином. Это связано с тем, что, когда этот наркотик стал из Красноярска поступать и цыгане начали его реализовывать на рынке, некоторые семьи “подсели” на него. Развал произошел, многие стали погибать. Дело в том, что при фасовке героиновая пыль поднимается и вместе с воздухом вдыхается человеком. Происходит отравление, человек “подсаживается” на героин, и с ним потом невозможно ничего сделать. Героин — это очень серьезно и страшно… Поэтому цыганские наркоторговцы от него отказывались.

У них есть даже свои кланы, один из них очень сильный, имеет мощные связи. Вся семья живет наркоторговлей. Мы арестовали четырех человек из этой семьи, в том числе и ее главу — мать. Она сама лично добывала, упаковывала наркотик и отправляла своим детям, которые живут в Новосибирске, Краснояр-
ске, в Кемеровской области. То есть траффик был уже отработан…

— Как обычно осуществляется перевозка?

— Договариваются с самого начала, например, с Кызылом. Там наркотик готовят и упаковывают. Цыгане берут одного, как мы называем, “верблюда” — курьера, которого снабжают деньгами, проездными документами. Его постоянно сопровождает представитель семьи: если дело происходит в поезде, то сопровождающий непременно едет в соседнем купе. Он постоянно находится рядом с “верблюдом”…

Кстати, где-то в январе этого года мы задержали и самого курьера, и сопровождающее лицо. Они перевозили крупную — четыре килограмма — партию наркотика…

Когда наркотики поступают в семью, они делятся между членами этой семьи. Наркотик распродается, деньги идут матери. Та на них закупает новую партию, и все повторяется…

Вы бы видели коттеджи этих людей! Абсолютно автономные строения: свой водопровод, свое освещение. В случае каких-либо катаклизмов такой дом может держаться долго.

Доза искалечит, а врач не излечит!

— Можно говорить о том, что наркотиков, в том числе и героина, у нас стало больше?

— Не могу сказать, что это так, скорее, это мы стали больше знать. Я думаю, героин был всегда. Просто работа управления активизировалась.

— Как долго существует ваше управление?

— Первого июля отметили годовщину нашей работы. Раньше этими вопросами занималось МВД.

— Какую партию наркотиков можно считать крупной?

— Для возбуждения уголовного дела достаточно одного грамма. Для административного взыскания — и того меньше. Если же происходит оборот (в том числе хранение) более пяти граммов, то это уже считается особо крупным размером. Крупными и особо крупными считаются партии опия от одного до пяти граммов, гашиша — от пяти до 25, марихуаны высушенной — от 140 до 200, макового сырья — от 100 до 150 граммов.

— Как вы полагаете, излечима ли наркомания на сегодняшний день?

— Есть клиники, которые лечат. И теоретически излечивают полностью. Я не спорю, медицина развивается — может, и есть методы, способные вернуть наркозависимого человека к нормальной жизни…

Но, поверьте мне на слово, за 15 лет работы я ни разу не видел наркомана, который бы окончательно “завязал”. Были случаи, когда человек отходил от употребления сильных наркотиков, но… заменял их огромным количеством более слабых или алкоголем, также в больших объемах.

— Каковы возраст и социальное положение тех, кто принимает наркотики и занимается их сбытом? Обязательно ли это люди из неблагополучных слоев общества?

— Пугает то, что среди наркоманов и наркодельцов все больше становится молодежи. Что касается социального положения, то здесь все просто: если наркотик высокого качества, разумеется, позволить его себе могут только лица с достатком. Хотя наркомании подвержены представители всех слоев населения — от рабочих до банкиров, как у нас говорят.

Безработные лица, как правило, употребляют низкого качества наркотик (гашиш, марихуану).

— А где они находят средства для этого?

— Просто выезжают на поля, рвут коноплю, сушат и сами же готовят.

— На межведомственной комиссии был поставлен вопрос о борьбе с дикорастущей коноплей. Как вы решаете эту проблему?

— Мы пытались косить, договаривались с представителями сельского хозяйства. Пока только так. Никакого селекционного способа, как писали в газетах, еще нет. Планировалось высадить коноплю, которая не будет содержать наркотических веществ и со временем вытеснит коноплю наркосодержащую… Но, с другой стороны, где гарантия, что они не переопылятся, и мы не получим в результате какого-нибудь монстра?

Что им хорошо, то нам… было неизвестно

— Почему обычно люди связываются с наркотиками? Хочется красивой жизни?

— Есть люди, которые, казалось бы, имеют все, но хочется чего-то большего. За рубежом, вспомните, Диего Марадона, хороший футболист, отличный парень, “подсел” на кокаин… Сейчас где-то в клинике на Кубе, страшный, отекший. Нечего было желать — все имел. Элвис Пресли умер от передозировки… Потому что хотеть больше было нечего…

— Сейчас часто говорят о том, что определенное количество наркотиков поставляется нам под видом пищевых добавок, средств для похудения… У нас есть подобные примеры?

— Настораживает, что на нашем абаканском рынке модно стало распространять средства медицинского характера из Китая. При исследовании в некоторых из них обнаружено недопустимое содержание наркотического вещества.

— С какой целью попадают в Россию подобные препараты? Что это, безобидное лекарство, дозу не подрассчитали или просто способ сбыта наркотиков?

— Как сказать… У нас разные с Китаем стандарты. В России можно иметь на руках одно количество гашиша, например, а в Китае другая ситуация. Ряд препаратов для них может быть безвредным, а для нас это уже серьезный вред. Наркотик используется для усиления эффекта — он уменьшает наши усилия, мы худеем…

Или пищевой мак… В кустарных лабораториях с него снимают пыльцу и готовят наркотик. Казалось бы, из ничего вырастает проблема.

— Где же выход? Медицина бессильна, реабилитационные центры себя не оправдывают…

— Выход в социальном благополучии. Чем богаче государство, тем меньше проблем.

Взять хотя бы недалекое наше прошлое. Мое поколение не знало, что такое наркотики. В советское время по осени дергали эту коноплю и отправляли на пеньковый завод; масло конопляное было замечательное. В детстве мы щелкали жареные конопляные семечки. И никто не знал, что конопля — это наркотик.

— “Тлетворное влияние Запада”?

— Я думаю, да. Как ни странно, мы взяли у них все самое худшее. Из тех же западных фильмов мы узнали, как получают героин, что такое ЛСД. Своего же не было ничего. Узнали и решили попробовать…

Беседовала

Александра ПРЯТКИНА