ДЕТИ – РАЗМЕННАЯ МОНЕТА В РУКАХ РАЗВЕДЕННЫХ РОДИТЕЛЕЙ?

… ПЛЮС КВАРТИРА В УМЕ

…Я бы не стал писать об этой семейной истории, если бы не дети – Ира и Даша. Они являются главными героями семейной драмы, которую разыграли их родители, находящиеся с января прошлого года в официальном разводе. У меня сложилось такое впечатление, что, заведя семью и имея за плечами тридцатилетний жизненный опыт, папа и мама так и не прониклись к детям родительской заботой и ответственностью и по инерции, зачастую свойственной легкомысленным молодым людям, живут одним днем, думая об удовлетворении лишь собственных потребностей.

Не стоило бы также писать об этой истории, если бы речь в ней шла только о разделе квартиры между Ильей Алексеевичем и Жанной Леонидовной – объективным камнем преткновения незатухающей семейной драмы. Вся соль в том, что при ком будут дети, при том будет и жилая площадь. Вот почему Ира и Даша стали разменной монетой в руках разведенных родителей.

Я понимаю: развод – это, конечно, тяжелая душевная травма и для бывших мужа и жены, хоть они пошли на этот шаг по своей воле. Но каково в такой ситуации детям, да еще тогда, когда и мать родная – не находка (об этом – чуть позже), и попивающий отец живет уже не с ними? А тут еще взрослые затеяли между собой вынужденную дележку квартиры, и маленькие дети стали козырной картой в руках и той, и другой стороны. К сожалению…

После детей третьим страдающим человеком в этом конфликте, вызванном разводом, является пожилая женщина Зоя Михайловна, мать Ильи Алексеевича, который сейчас, уйдя из семьи, у нее и живет. Именно Зоя Михайловна и обратилась за помощью в редакцию… Я далек от мысли, что данная публикация кардинально и окончательно разрешит сложившуюся ситуацию. В конце концов, это дело суда. Но моральные точки над “i” можно обозначить, дать нравственную оценку случившемуся – это в наших силах.

По-человечески я сопереживаю Зое Михайловне, невольно попавшей в эту семейную круговерть молодых. Ее сын остался один, она лишилась, можно сказать, внучек. И это в то время, когда сама страдает астмой, гипертонией, является инвалидом второй группы. Под силу ли ей будет в ее-то годы до конца пройти все это? Самое обидное, что квартира, которую делят теперь Илья и Жанна, прибегая к “помощи” ни в чем не повинных детей, до недавнего времени принадлежала целиком и полностью бабушке внучек – Зое Михайловне.

Но женился сын, привез невесту в дом, родилась первенец – Ира, и какая же мать не пропишет, хоть и в качестве поднанимателя, жену сына к себе? И все бы ничего, да сразу не заладились отношения между свекровью и невесткой! Та ее никогда не называла дочерью, а она ее – мамой. В такой вот обстановке рождается второй ребенок – Даша…

Я так понимаю: обидевшись на вызывающее поведение невестки, Зоя Михайловна вместе с сыном решили приватизировать квартиру, не ставя в известность Жанну Леонидовну. Некоторое время спустя свою долю жилплощади Зоя Михайловна подарила сыну, оформив все необходимые документы. Наверное, я бы так же поступил, будь ко мне подобное нетерпимое отношение невестки. Но для суда именно эта, так называемая заспинная приватизация жилья, с последующим оформлением матерью дарственной на имя сына при разделе квартиры, и явилась основанием отсудить ее (в долевом отношении) Жанне Леонидовне и ее детям – Ире и Даше.

Обидно за бабушку, достойного человека, ветерана труда, в одночасье лишившуюся своего родного жилья, которое перешло теперь в пользование нелюбимой (и это еще мягко сказано) невестки. На месте Зои Михайловны каждый, наверное, бился бы за справедливость в вопросе восстановления прав за потерянный на сегодняшний день кров, который она сегодня готова и разменять…

Но дети есть дети, и суд именно за ними и их матерью признал право пользоваться спорной квартирой. И хоть отец девочек – Илья Алексеевич, тоже имеет законное право на часть жилой площади, но, будучи в разводе, разве станет там проживать?

Самое время сказать о том, где обитает нынче лишившаяся своей квартиры пенсионерка, а также ее сын. В 1997 году, выйдя замуж, она выписалась из своей квартиры и прописалась к мужу, который, к сожалению, вскоре умер… Его квартира, слава Богу, осталась за Зоей Михайловной.

СУДЕБНАЯ КРУГОВЕРТЬ…

В тот же, 1997 год, когда младшей Даше был уже годик, а ее отец с матерью практически уже не жили вместе, и поэтому после 2001 года, времени официального развода, Жанна Леонидовна, чтобы не остаться с двумя детьми под открытым небом, подает исковое заявление в Абаканский городской суд с просьбой признать ее и детей членами семьи нанимателя, а точнее – бывшего мужа с правом пользования долей общей жилплощади.

Суд удовлетворил ее иск. Но это решение кассационным путем было обжаловано в Верховном суде Республики Хакасия. В ответ мать двоих детей, то есть Жанна Леонидовна, подала в городской суд повторное исковое заявление, которое было рассмотрено на судебном заседании судьей Л.М. Паксимади. Решение суда, теперь уже повторное, вновь было на стороне Жанны Леонидовны и ее детей.

Не будем вникать в судебные подробности, хотя на втором суде я присутствовал и все документы сейчас находятся у меня перед глазами. Не нам занимать сторону Абаканского городского или Верховного суда РХ, тем более оспаривать их решения. У журналистов совсем другая задача: с моральной и нравственной стороны оценить семейную драму и пострадавших в ней детей, бабушку.

Главное – не позабыть бы об интересах Иры и Даши, на которых разведенными родителями делается главная ставка в решении квартирного вопроса. Не потерять бы из поля зрения и Зою Михайловну, вынужденную на старости лет, при своей инвалидности, думать о дальнейшей судьбе внучек и сына, причем на фоне душевных мук от потери родного крова.

Между прочим, как-то, придя в свою бывшую уже квартиру, Зоя Михайловна вместо свидания с домочадцами натолкнулась на агрессию со стороны невестки. Та ее буквально спустила с лестницы. Передо мной постановление Абаканского городского суда от 15 августа 2001 года, где сказано: “Неработающая Жанна Леонидовна обвиняется в нанесении побоев и совершении угрозы убийства. Санкция статьи 119 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком до двух лет”. Но благодаря доброй воле Зое Михайловны, как потерпевшей, это уголовное дело было прекращено, так как она, будучи человеком мудрым, пошла на примирение с невесткой, о чем и заявила суду…

РОДИТЕЛей НЕ ВЫБИРАЮТ

Так кто же она такая, Жанна Леонидовна, мать двоих детей? Вот характеристика на нее, подписанная директором одной из общеобразовательных школ, где Жанна работала непродолжительное время: “В течение всего проработанного времени Жанна Леонидовна получала бесконечные замечания за безответственное отношение к своим обязанностям: полы мыла вместо трех раз – один, опаздывала на работу, прогуливала…”

Сейчас наша героиня работает в столовой одного из бюджетных учреждений, где я с ней и встретился. Невысокого роста, худенькая женщина. “Еще год назад я весила 90 килограммов, теперь – 48”, – сказала она и обвинила в этом… свою свекровь.

Живет теперь Жанна Леонидовна в соседней квартире своего же дома, в комнате-пенале, с сожителем, который моложе ее на 11 лет. Как говорится, флаг ей в руки. Но беда в том, что этот самый сожитель в присутствии гражданской жены сломал руку ее младшей дочери – Даше. С закрытым переломом (есть медицинское заключение) девчушка пролежала в городской больнице две недели, и ее родная мать – правда, по словам Зои Михайловны, только раз навестила ее, и то уже при выписке.

Этот же сожитель побил стекла в квартире, вокруг которой сейчас разгорелся сыр-бор, потому и переселил “подружку” с приемными детьми к себе. К тому же, мамочке двоих дочерей нечем было отапливать спорное жилье –нет дров, угля… Из-за нищеты, потому что законный муж, случалось, нигде не работал. А сама Жанна одно время приторговывала спиртом, угощая и муженька, а потом опохмеляла его “доской и утюгом”, по словам свекрови.

Дети вынуждены находиться при такой вот матери…

Теперь обратимся к отцу семейства – Илье Алексеевичу, который хочет забрать детей к себе (предварительно лишив жену родительских прав), чтобы содержать и воспитывать их вместе с матерью.

Ему за тридцать, рослый, физически развитый. “В 2000 г. не работал, балдел, честно говоря… – его слова. – Мать меня забрала к себе”. Илья Алексеевич получил два года условно – за что, так до конца мне осталось неясным: то ли за спирт, то ли за другие незаконные промыслы. Дело в том, что в первую нашу встречу он был после работы выпившим.

Кстати, как удалось мне узнать от сослуживцев нашего героя, Илья до сих пор почти каждодневно “принимает”. Был случай – “скорая”, вызванная кровельщиками, приезжала откачивать его прямо на работу…

Нетрудно представить, что Зое Михайловне, его матери, приходится денно и нощно опекать сына! А ну-ка еще, представьте, если Ира и Даша окажутся под началом нуждающегося в присмотре отца? От такой заботы добра не жди! Опять все хлопоты по уходу за взрослым мужиком и его двумя детьми, лишись Жанна Леонидовна родительских прав, лягут на плечи бабушки – Зои Михайловны. О ее возрасте и здоровье мы уже говорили. Да и опекунство бабушке двух внучек вряд ли доверят, т.к. за их отцом остаются родительские права. По крайней мере, на сегодняшний день.

Илья Алексеевич исправно платит алименты (он показывал мне соответствующие бумаги). Но вот на те же уголь и дрова денег у него не хватает. На суде Жанна Леонидовна заявила, что “начала ремонт квартиры” – той, спорной. На что? Поэтому лично мне в это слабо верится. Детей бы им двоим, разведенным, хоть худо-бедно одеть да прокормить!

Между бывшими мужем и женой постоянно вспыхивают скандалы, драки… В синяках как у той, так и у другой личности, недостатка не было. Все это видели их девочки, которым, кстати, тоже перепадало, и не раз. Но даже не это главное! Однажды, в какой-то праздник, Жанна Леонидовна на продолжительное время отлучилась к соседям. В квартире оставались дочь Ира (тогда еще совсем маленькая) и знакомый семьи… Илья Алексеевич вышел покурить. Далее, по его словам, случилось следующее. Он зашел в квартиру – знакомого уже не было, зато маленькая дочурка (которая сейчас учится лишь во втором классе) горько ревела на постели, плавочки ее были в крови…

Кто изнасиловал Иру? Того “знакомого” упрятали за решетку, но он в суде утверждал, что никого не насиловал, и обещал, когда вернется, разобраться с истинным виновником. Не знаю точно, но горе-мамаша заметила в разговоре, что у того, осужденного, после экспертизы “кровь с дочерней не сошлась…” Как бы то ни было, но факт остается фактом: маленькую девочку изнасиловали в родном доме! Что может быть страшнее?

Теперь подумаем: кому доверить содержание и воспитание Иры и Даши, когда одну, считай при отце, насилуют, а другой на глазах матери ломают руку? Честно говоря, я бы не доверил родительские права ни Илье Алексеевичу, ни Жанне Леонидовне. Многое, очень многое нужно изменить им в себе, чтобы называться родителями. А они так и не могут найти себя в этой жизни, походя ломая судьбы родных детей…

ЛИШЕННЫЕ ДЕТСТВА

…Ира, маленькая и худенькая, с кругами под невыспавшимися глазами, стояла передо мной. Одета простенько: юбочка в клеточку, красный свитерок. Вид девочки у нормального человека вызывает чувство жалости.

– С кем ты, Ира, хочешь жить? – негромко спрашиваю ее, боясь травмировать нарушенную психику ребенка.

– С мамой. Она добрая, хоть и смотрит ночью телевизор, когда я ложусь спать. Папу не люблю, он уехал от нас… К бабушке хорошо отношусь, но жить к ней не поеду.

– А где сейчас твоя младшая сестренка?

– Сидит дома, одна…

Представьте: если и дальше ломать этот и без того хрупкий внутренний мир ребенка, уже много пережившего в жизни, чего можно добиться? Но и то, какие лишения испытывает эта девочка и ее сестренка в семье, терпеть дальше нельзя.

В этот же день, как рассказала учительница Иры, девочка из детдома, одноклассница, тайком положила в ее сумку апельсины. Жалеет! Дите, само живущее без родителей, подкармливает такое же несчастное дите, у которого родители, в принципе, есть.

Ирина Львовна, учитель начальных классов, поделилась своим мнением относительно семейной драмы наших героев:

– Так и не пойму я, кто там прав, а кто виноват… В первый класс Иру привела мать, иногда потом посещала родительские собрания. Отца Иры я никогда в школе не видела. Недавно побывала у них дома. Грязно, вонь невозможная… Чем они там только дышат?! Как в такой обстановке живут?..

– Ира учится во втором классе, коррекционном, и то отстает по знаниям. Умеет врать. Одета часто не по сезону, неопрятно. Ходит голодная. Нынче мать за питание ребенка платила до февраля, а в прошлый учебный год – нисколько. В феврале деньги на питание за Иру внесла я. И… только на днях девочка принесла деньги на обеды. Что я еще могу добавить? Ира, нельзя сказать, что брошенная. Она – запущенная.

– С кем ей и Даше, считаете, будет лучше?

– Наверное, все-таки с матерью. Только Жанне Леонидовне надо очень серьезно пересмотреть свое отношение к себе и своим детям. Очень!

Для полноты картины встретился я и с соседкой распавшейся семьи, Людмилой Алексеевной. Вот ее мнение:

– Бабушка у девочек хорошая, но она ж больная! На Илью надежды нет – пьет. С Жанной я сейчас не общаюсь… Но, в принципе, она неплохая, на мой взгляд. Я бы детей оставила на нее.

ЧУЖИЕ ЛЮДИ?

…Я – в квартире у Зои Михайловны. Несмотря на годы и болезнь, бабушка выглядит бодро. Думаю: вот возьмет она внучек к себе, а вдруг с ней, не дай Бог, что случится, на кого тогда они останутся? Такое ведь тоже исключать нельзя. Зоя Михайловна и сама это понимает, но не отступает перед навалившейся бедой.

– Устала я уже ходить по судам, – говорит. – Сколько здоровья хватит, столько и буду вместе с сыном содержать и воспитывать внучек, если, конечно, невестку лишат родительских прав. Такое мое намерение.

Это, конечно, не идеальный вариант. Но нельзя же при живых родителях отдавать детей в детдом! Есть и третий выход: переступить родителям через свою гордыню и жить все-таки вместе, ради детей. Но для этого им надо в корне измениться. Лично я в такие превращения мало верю…

На последнем суде, после заседания, Зоя Михайловна подошла к Жанне и тоже говорила ей о возможном соединении с Ильей. Человек прожил жизнь и накопил достаточно мудрости, чтобы в данном случае первой пойти на разрешение семейной драмы молодых родителей.

Но после окончания суда, насколько я понял, противоборствующие стороны разошлись, как чужие люди, в разные стороны.

А как же дети? Неужели они так и останутся разменной монетой в руках разведенных родителей?

Тогда само будущее им этого не простит, если оно у них, конечно, еще будет…

Эта история – реальная, хоть и не названы в ней фамилии главных героев: ведь разведенные муж и жена работают, живут среди нас. Вся жизнь впереди и у их дочерей. Не навредить им в нашей работе самое главное.

И еще. Почему в нашей жизни подобных семейных трагедий становится все больше и больше? Почему многие ребятишки лишены опоры в семье при живых родителях?

Как вы думаете?

Валерий ЛИСТОПАД