“84 года санэпидслужбе, из них 40 — мои…” — так сказала недавно на своем трудовом юбилее Надежда ЗАЙЦЕВА, заслуженный врач России, заместитель начальника отдела санитарного надзора Управления Роспотребнадзора по РХ. Половина истории санэпидслужбы нашей республики прошла на ее глазах и с ее самым непосредственным участием. Летопись службы, к составлению которой Надежда Николаевна в прямом и переносном смысле “приложила руку”, это история и ее жизни тоже.
31 августа в далеком 1966 году приехала она в Хакасию после окончания Пермского медицинского института. Вообще-то юная выпускница сельской школы поступала в институт на лечебный факультет. Но в тот год предпочтение было отдано абитуриентам со стажем, и десятиклассников, успешно сдавших экзамены, без учета желаний зачисляли на вновь открывшийся санитарно-гигиенический факультет. Это был первый набор после длительного перерыва: кто-то когда-то решил, что в санитарных врачах у нас нет особой нужды. Надежда Николаевна рассказывает, что первые два года было трудно смириться с тем, что она будет гигиенистом, а не врачом лечебной практики. Но к четвертому курсу пришло понимание: как раз этот факультет ей ближе. Как и лечебный, он тоже многопрофильный, его выпускники в зависимости от условий и требований практики могут работать в области гигиены питания, коммунальной или радиационной гигиены, гигиены труда, в эпидемиологии, в вирусологических или бактериологических лабораториях.
Начинать всегда трудно. В 1966-м в сангиготделе управления здравоохранения области многих специалистов просто не было. Валентина Гавриловна Райм, первый главный врач в трудовой биографии Надежды Зайцевой, спросила: “Кем бы вы хотели работать?” И назначила растерявшуюся перед выбором девушку заведующей эпидотделом. Через полтора месяца снова появилась возможность выбора, и теперь уже Надежда целенаправленно выбрала сферу гигиены труда. И с тех пор культура производства и контроль за соблюдением безопасных условий труда на предприятиях области, а затем республики — неустанная забота Надежды Николаевны. Она начинала работать еще в то время, когда для поездок по объектам области использовался гужевой транспорт — лошадь с подводой. Постоянные командировки, разъезды, необходимость общения с людьми, облеченными властью, и умение договариваться с ними больше требовали мужских качеств, но Надежда Николаевна успешно справлялась со своими обязанностями. Коллеги ценят в ней педантичность и скрупулезность в подходе к любому вопросу, ее ответственность и преданность делу. “Она работает без оглядок на авторитеты, — говорит о ней Татьяна Романова, заместитель руководителя Управления Роспотребнадзора по РХ. — В ней сидит дух истинного врача, и это очень ценно. 40 лет назад именно благодаря ее усилиям удалось сдвинуть с места такую проблему, как медосмотры на предприятиях”.
Первыми объектами, с которыми столкнулась в своей практической деятельности молодой специалист, стали Матурский леспромхоз, Саралинский и Коммунаровский золотодобывающие рудники. В 1966 году Хакасия представляла сплошную строительную площадку: только что отвели створ Саяно-Шушенской ГЭС, строился комбинат “Саянмрамор” по разработке мрамора и гранита, интенсивно развивались предприятия стройиндустрии, чтобы осуществлять возведение промышленных объектов. Отсюда создание завода крупного домостроения, бетонных заводов: на СШ ГЭС были и большой, и малый бетонные заводы — целое управление карьеробетонного хозяйства. Интенсивно развивался и Абакано-Черногорский промузел: трикотажная, обувная фабрики, фабрика ПОШ, комбинат искусственных кож, камвольно-суконный комбинат. На глазах Надежды Зайцевой строилась и новая швейная фабрика в Абакане, Сорский молибденовый комбинат, Тейский рудник и другие предприятия.
— Самое первое яркое впечатление я получила от предприятия по добыче и обогащению золота. Особенно поразила технология извлечения золота, когда рекой лилась металлическая ртуть, — вспоминает Надежда Николаевна. — У нас раньше ни один объект не изучался с применением лабораторных исследований. И мы впервые поехали на Коммунаровский рудник провести обследование на наличие ртути, цианидов, пыли, шума, микроклимата, вибрации. Все это было очень интересно. Сами производства интересные, но и вредных профессиональных факторов в этой сфере тоже много. Встал вопрос об оздоровлении условий труда. Для его решения нужно изучить всю технологию, чтобы можно было предложить что-то новое. И примерно с 1969 года мы планомерно работали на руднике над изменением технологии извлечения золота для того, чтобы максимально снизить загрязнения парами ртути.
Ситуация закономерная: руководство в первую очередь интересовал, конечно же, наибольший процент извлечения драгметаллов, а санитарные врачи настаивали на том, чтобы в технологии было как можно меньше высокотоксичных химических веществ. Переговоры о замене технологии и внедрении новых методов извлечения между руководством и санэпидслужбой были длительными, но, надо отдать должное, бывшие в то время директора Борис Пичугин, а затем Данил Гогоберидзе по настоянию врачей меняли эти технологии. Этот вопрос до сих пор на контроле у санитарных врачей — ртуть дала более 50 случаев профессиональной интоксикации только на одном предприятии. Слушая рассказ Надежды Николаевны, думаешь: вот тебе и санитарный врач! Чтобы так требовательно ставить задачи перед руководством, необходимо знать все тонкости производства, обладать еще и инженерными знаниями, и обширным кругозором. Это одна из важных составляющих профессии санврача. Другие, не менее важные, — настойчивость, принципиальность, честность в выполнении своих функций. Аскизский лесоперевалочный комбинат в селе Бельтирское обеспечивался раньше электроэнергией от энергопоезда. Санитарные врачи заподозрили, что где-то под ним есть неизбежные скопления ртути — приборы и датчики, содержащие ртуть, разбиваются, заменяются. И когда по их настоянию поезд все-таки ликвидировали, сняли рельсы и начали выравнивать площадку, на этом месте действительно обнаружились чуть ли не залежи ртути!
Мнение о том, что руководство предприятий зачастую экономит на здоровье людей ради прибыли и развития бизнеса, имеет под собой основание. Очень многие предприятия сегодня закрыты, ликвидированы. Люди вынуждены работать там, где есть место, боясь его потерять.
— Не все работодатели,— считает Надежда Николаевна, — думают о своих подчиненных, создавая им нормальные условия труда. Иногда экономят на самом элементарном — спецодежде, спецобуви, бытовых помещениях.
Здесь к нашей беседе подключился коллега Зайцевой Андрей Лядов:
— Сами рабочие у нас поставлены в такие условия, что им экономически не выгодно тратить деньги на свое здоровье. На Западе выявляемость профзаболеваний гораздо выше, чем у нас. Почему? Рабочий, когда идет на прием, скрывает свое заболевание, чтобы не потерять работу. Это становится известно, только когда человек уже выходит на пенсию. Поэтому выявляемость у нас очень низкая, происходит на поздней стадии и обусловлена системой экономических механизмов и законов государства. Нет достаточных возможностей выявлять профзаболевания? Это второй вопрос, диагностика у нас не на лучшем уровне. Но в первую очередь причина — в принципиальном подходе.
Надежда Николаевна поддерживает коллегу:
— Реально мы имеем гораздо больше профзаболеваний, чем зарегистрировано официально. Ежегодно регистрируется от 40 до 50 случаев, а фактически их больше. Мы осматривали несколько предприятий, где есть медсанчасть. Казалось бы, человек может прийти и предъявить жалобы, но этого не происходит. Я спрашиваю в таких случаях лечащих врачей: почему же, например, ветеринарный врач, осматривая животных, сам видит отклонения и патологию и отмечает в своих документах, что нужно сделать для улучшения положения?
Среди территорий Федерации Хакасия занимает 14-е место по уровню профзаболеваний. Самый высокий показатель в Кемеровской области. Но последнее место в этой иерархии вовсе не свидетельствует о благополучии — иногда заболеваемость просто не выявляется либо в регионе нет промышленных объектов, имеющих вредные производства.
— Вредные факторы могут быть на любом производстве, — говорит Надежда Николаевна. — Например, запыленность. Она может встретиться и на хлебопекарном предприятии, и на руднике. Первое место по количеству вредных для здоровья факторов занимают предприятия по добыче металлических руд, на втором — цветной металлургии и угольной промышленности…
Санитарному врачу в силу специфики работы необходимы еще и юридическая подкованность, четкое знание правовой базы, регулирующей отношения работодателей и санэпидслужбы, знание смежных законов, в том числе и Кодекса об административных правонарушениях в случае применения административной практики. В то же время к каждой ситуации надо подходить разумно, считает Надежда Зайцева, требования должны быть реально выполнимыми. Санитарному врачу приходится проявлять и терпение, и дипломатические усилия, порой быть психологом, стараясь сделать руководителей своими союзниками, убеждая их в необходимости принятия тех или иных решений. И при этом не всегда можно быстро увидеть результаты своих усилий. Считать свою задачу решенной иногда можно только спустя пять — десять лет. Именно столько иногда уходит на устранение вредных технологических факторов на различных производствах. Врач по гигиене труда в первую очередь стремится к сохранению здоровья людей, улучшению условий их труда. Но тем не менее Надежда Зайцева не считает свой каждодневный труд рутиной:
— Разве это рутина? — спрашивает она. — Я, например, сегодня еще не знаю коксохимическое производство, потому что его у нас в Хакасии нет. А если оно будет, опять придется изучать что-то новое. Профессия врача-гигиениста тем и хороша, что знания приходится постоянно обновлять, расширять свой кругозор. Коксохимическое производство может быть и интересно, но лучше его не иметь. Пусть лучше будет много производств по выпуску конфет и других предприятий с современными технологиями. А вообще мне как врачу-гигиенисту и как человеку, видевшему, как бурно развивалась у нас промышленность, какие мы объекты имели, очень жаль видеть, что от них теперь осталось. Почему бы сегодня не возродить Саралинский рудник, угольную промышленность? А камвольно-суконный комбинат? Пустые площади. Кому-то ведь все они были нужны, для чего-то мы их строили?..
Приходится ли о чем-то сожалеть за 40 лет работы? Все ли удалось сделать?
— Да, по большому счету я еще ничего не сделала, — говорит Надежда Николаевна, — а может, и сделала много. Но многое еще не доведено до конца. Перед нами всегда стоит задача не упускать из внимания организацию и проведение медицинских осмотров на предприятиях, целенаправленных мероприятий по профилактике и снижению профессиональной заболеваемости, по улучшению условий труда. Если раньше мы выполняли больше организационно-методические и аналитические функции, то сегодня увеличился объем надзорных функций, потому и называемся теперь Роспотребнадзор.
— Умеете ли вы отдыхать?, — спросила моя коллега у юбилярши, отметившей трудовую дату накануне дня создания санэпидслужбы России (15 сентября).
“Да мы все не умеем отдыхать, — ответила Надежда Николаевна. — Но моя величайшая слабость и любовь — литература. Я могу читать и в субботу, и в воскресенье, и вечерами среди недели. И больше люблю классическую литературу. Разве всю ее перечитаешь? Вот мы недавно с коллегой говорили о Лермонтове. Ведь сколько мы еще не знаем!..
Ольга КАРАЯНИДИ
Р.S. В материале использованы выдержки из очерка истории развития санитарной службы в Республике Хакасия, подготовленного А.Козловым, Н.Зайцевой и К.Абдиной, а также из доклада Н.Зайцевой “О состоянии условий труда и профессиональной заболеваемости на предприятиях Хакасии”.
С 1 января 1925 года в штат уездного отдела здравоохранения введена должность санитарного врача и госэксперта, он же — школьный врач. Первым санитарным врачом был Герман Алексеевич Пономаренко, 1891 года рождения, окончивший в 1924 году Томский университет.
С 4 июня 1924 года начал функционировать уездный отдел здравоохранения. Заведующим работал лекарский помощник Трофимов.
…Среди населения регистрировались инфекционные заболевания. Свирепствовали скарлатина, дифтерия, дизентерия, сифилис, трахома, натуральная оспа, малярия. Прибывшими из голодавшего Поволжья была занесена азиатская холера, зарегистрировано 149 случаев заболеваний, из которых 84 закончились летальным исходом. Все усилия по борьбе с эпидемиями при незначительном количестве медицинских работников были малоэффективны. Специального медперсонала по борьбе с эпидемиями в уезде не было.
Уже на 1 января 1927 года окрздрав из подотдела выделен в самостоятельный отдел исполкома со штатами: заведующий, зав. лечебным и зав. санитарным отделами, секретарь, бухгалтер, инструктор по охране материнства и детства, статистик. Санэпидотдел считался самым важным в работе окрздравотдела.
В 1931 году в облздравотделе появился молодой врач — первый из хакасов, получивший высшее медицинское образование.
В своей первой командировке в улус Усть-Сос, где была вспышка сыпного тифа, Николай Максимович Одежкин воочию увидел беспомощность людей перед обрушившейся на них инфекцией и терзающей их глаза трахомой.
…В 1956 году было обследовано на трахому все население области. Заболеваемость трахомой резко пошла на убыль. Если в 1951 году был выявлен 721 человек, то в 1961-м — 12. Благодаря выполнению чрезвычайных мер заболеваемость трахомой на территории Хакасии в 1962 году ликвидирована.
В 1941 году малярийные кабинеты были организованы в Черногорске, Аскизском, Боградском, Бейском, Таштыпском районах. За этот период на малярию были обследованы 117272 человека, вылечены 12917 больных, в том числе свежих случаев — 3708, а умерли пять человек.
В колхозах работали 114 хинизаторов. Проведены гидротехнические мероприятия. Это позволило снизить заболеваемость малярией в 1956 году на 59 процентов, а в 1960-м она была полностью ликвидирована.
…Благодаря комплексному проведению противоэпидемических и профилактических мероприятий ветеринарной и санитарной службами заболеваемость среди животных и людей резко снизилась. В 1987 году в Хакасии были сняты с учета два последних неблагополучных совхоза по бруцеллезу.
В 1960-х годах районные санэпидстанции были реорганизованы в санэпидотделы при районных больницах и только в 1967 — 1970-х им был возвращен прежний статус. В эти годы главным врачом работала В.Г. Райм, награжденная значком “Отличник здравоохранения”. В штате СЭС было шесть врачей и 12 средних медицинских работников.
С 1965 по 1983 год из-за несоответствия санитарно-гигиеническим требованиям в области было закрыто 120 школ, находящихся в аварийном состоянии. За этот период значительно укрепилась материальная база школ, детских дошкольных учреждений. Построено 95 новых школ на 40 374 места и 40 дошкольных учреждений на 6914 мест. Во всех школах переоборудована система электроосвещения. В 86 процентах школ оно доведено до санитарных норм.
Неблагополучное состояние условий труда сохраняется практически во всех отраслях промышленности. Из общего числа доля объектов, не соответствующих санитарно-гигиеническим нормам, в республике составляет свыше 65 процентов.
Более 20 тысяч человек работают в условиях повышенной запыленности и загазованности, высокого уровня шума, вибрации, инфразвука, электромагнитных полей излучения и др.
Вредные и опасные условия труда работающих обусловлены несовершенством технологических процессов, износом оборудования, неэффективностью вентиляционных систем.
Продолжает оставаться серьезной проблема улучшения условий труда женщин на предприятиях промышленности, объектах агропромышленного комплекса, работников здравоохранения, пищевой промышленности и других. На большинстве предприятий закрыты здравпункты.
В связи с неудовлетворительными условиями труда в течение 2005 года Управлением Роспотребнадзора по РХ на руководителей предприятий было наложено 67 штрафов, выдано 307 предписаний.
