Мой разговор с доцентом кафедры истории ХГУ Юрием Карповичем Махно согревал не только интерес к его родственным корням со знаменитым украинским батькой. Более всего меня заинтересовала разная оценка великих событий на крутых поворотах истории. Родители да учителя их детей изучали историю по одним учебникам, с определенной трактовкой, а юному поколению дается интерпретация событий с поворотом чуть ли не на 180 градусов. И все же одно остается неизменным – это жгучий интерес к личностям, оставившим глубокий след в истории. Все события преломляются в человеке. Поэтому оба носителя известной фамилии мне интересны каждый по-своему. Ни один из них не оказался на «обочине истории». Один участвовал в исторических событиях. Это Нестор Махно – полуграмотный украинский хлопец, которого рок событий вознес до уровня народного полководца. Другой Махно – Юрий – имеет ученое звание, автор многочисленных научных публикаций. Первый, нечаянно вырвавшийся вопрос, – а вы не родственники?
С этого и пошел разговор.
– Близкого родства, безусловно, нет. Знаю одно, что мои деды по линии отца и матери жили в селе Гуляйполе Екатеринославской губернии, откуда родом батька Махно. Но, пожалуй, что больше всего нас с ним роднит, да и со многими другими из моего поколения, это трудное детство. Прошло оно на золотых приисках Хабаровского района, приравненного к Крайнему Северу. Родители – репрессированные. Отдаленность от центра, отсутствие врачей сказались с возрастом болячками. Десять классов я закончил, но в комсомол долго не принимали. Классовая принадлежность при такой звучной фамилии вызывала подозрение. И в институт поступил не с первого захода. Но в целом на судьбу не стоит роптать: получил высшее образование, даже два. Закончил исторический факультет Хабаровского института и филфак Абаканского пединститута. Учился в аспирантуре.
Одно из самых ярких и горестных событий детства – это фильм «Александр Пархоменко». Там батька Махно изображен классово враждебным элементом. Что тут поднялось среди одноклассников!.. Грубые шутки переходили в негативные силовые действия против меня.
– Ради успешной карьеры не возникало желания поменять фамилию?
– Фамилию не выбирают, ее человек получает с рождения.
В течение жизни ее можно было поменять, но у меня никогда не возникало такой мысли. Это было бы неуважение к своим предкам. Меня всю жизнь преследует моя фамилия и мой неспокойный характер.
– Время идет, происходит переоценка исторических событий. Как это отразилось на восприятии личности вашего знаменитого однофамильца?
– Десятки лет нас приучали к двухцветному видению Гражданской войны – белые, красные. Все несогласные или не вполне согласные отметались большевиками во вражеский лагерь. К ним относили и лидера украинского анархизма Нестора Махно. Существует и другой народный портрет Махно в зарубежных изданиях. Он выписан как истинно народный вождь – наследник Емельяна Пугачева и Стеньки Разина. Талантливый полководец, своими конными атаками сметавший гетмановщину и петлюровщину, интервентов и белогвардейцев. Отстоявший революцию и успешно строящий безвластное общество в родном Гуляйполе. Это две крайние точки зрения, и они несовместимы.
В начале 90-х годов восторжествовала третья. Она хорошо изложена в современных школьных учебниках истории, а также в научно-популярной литературе. Например, авторы Данилов и Косулина относят крестьянское движение – к зеленому. Этот цвет – символ воли и свободы, одновременно противопоставляет себя красному и белому движениям. И не случайно родилась такая песенка: «Эх, яблочко, цвета спелого, слева красного бьем, справа – белого». Современный школьный учебник представляет Махно как руководителя повстанческой крестьянской армии. И негативная оценка его роли, которая так ярко была выражена в учебниках советского периода, померкла сама собой.
– Но есть еще и ваше личное, человеческое восприятие.
– Я его воспринимаю как трагическую фигуру и всегда подчеркиваю, что Нестор Махно бил белых, бил красных, вступал в союз с красными. Но никогда не помогал белым.
– И при этом так жестоко «растоптан» своими красными соратниками.
– Красной армии он помог разбить Петлюру, Григорьева. Был награжден орденом Красного Знамени. Велик его вклад при разгроме армии Деникина, Врангеля. Армию Махно призвали бить Врангеля, пообещав ей неприкосновенность. Но когда с его помощью Врангеля изгнали, то его по сути предали, заманив в ловушку и перебив войско. До сих пор на его родине ходят легенды о золотых кладах Махно, спрятанных в украинской степи. Но умер Нестор за границей в страшной нищете. В художественных фильмах все время изображают его пьяным. Но читаешь документы, свидетельства сподвижников, воспоминания близкого окружения – оказывается, сам Нестор употреблял спиртное очень редко и в очень умеренных дозах.
– Может, это восприятие исходит от стихийности крестьянского движения?
– Да и в самом названии «Гуляйполе» слышится что-то разгульное, удалое.
Личность яркая, безусловно, бескорыстная. Но ее нельзя воспринимать однозначно. С одной стороны, он вождь крестьянский. Но с именем этого человека связано пролитие большой крови. Нельзя отрицать то явление, которое мы называем бандитизмом.
– Пролитие большой крови не в меньшей мере и с красными связано.
– Не попал он в нужное русло, как попали туда Буденный, Ворошилов, плеяда героев Гражданской войны.
– По роду своей деятельности вы не могли не заметить, как переписывалась история страны.
– По роду своих занятий я методист, то есть обучаю студентов теории и практике преподавания истории и обществознания в школе. Одновременно занимаюсь вопросами методологии, то есть теории познания, а также проблемами мировой и отечественной культуры, имею ученое звание – доцент кафедры методики преподавания истории. Вся моя жизнь связана со школой. Семнадцать лет я проработал учителем. Шестнадцать преподавателем методических дисциплин в ХГУ. Одновременно по совместительству веду еще уроки в школе.
Изучение в школьных учебниках истории – это одно из направлений моей работы. В истории нашей страны старшее поколение (кому 60 и более) пережило по меньшей мере шесть политических режимов (смена лидеров страны), а следовательно, проглотило шесть интерпретаций исторического процесса ХХ века. Последние школьные учебники по истории России ХХ века вышли во время перестройки, когда волна гласности, поднявшаяся снизу, начала разрушать бастионы идеологии сталинизма.
– Ваши творческие успехи?
– Что я сделал в области педагогики, в частности, методики преподавания истории?
Обосновал необходимость педагогической практики в процессе изучения теории предмета. По этому поводу есть публикации в материалах международной конференции. Основная тема моих многочисленных публикаций в центральных журналах – эффективность применения методологии в области методики преподавания истории. Ну, а что касается хобби, так это изучение истории родного края, каким стала для меня Хакасия.
– Какова оценка постсоветского периода российской истории в современных учебниках?
– Реформа 90-х годов (реформа Гайдара: резкий поворот к рынку за счет снижения жизненного уровня населения) характеризуется традиционным термином «шоковая терапия». События октября 1993 (расстрел Белого Дома) подведены под понятие «кризис власти», причины которого объясняются нежеланием Верховного Совета и Съезда народных депутатов утвердить в России президентскую форму правления. Финансовый кризис августа 1998 года (вторая крупная инфляция) подводится под понятие «августовский кризис».
Противоречивые чувства вызывает чтение данного школьного учебника. Драматические события 90-х годов происходили на наших глазах и далеко не стерлись в памяти. Спокойный и уравновешенный характер текста. Возможно, это и необходимо современному школьнику – пропаганда идеи сильной Российской державы. Но как история 90-х годов ХХ века может излагаться без драмы борьбы за власть?! В последнем издании этого учебника нет даже фамилий исторических деятелей Хасбулатова и Руцкого. Что это? А это новая, шестая, правительственная версия истории ХХ века.
Беседовала Светлана МАДАЕВА
