Гласность — одно из важнейших условий в работе с общественными организациями. Ведь неправительственные некоммерческие организации самоуправляемые, самофинансируемые, и малейшее сокрытие информации может привести к нарушению закона, к непоправимым последствиям. Так случилось в общественной организации Союз композиторов Хакасии. В рамках газетной статьи я только обозначу короткими штрихами некоторые факты.
Все шло хорошо — отпраздновали пятилетний юбилей. Незадолго же до десятилетия Союза композиторов вдруг нежданно-негаданно на организацию наложили штрафные санкции — сколько, никто из членов Союза до сих пор не знает. Руководство — председатель правления Н. В. Катаева и ответственный секретарь Н. К. Баранова — скрыло этот факт, чтобы не будоражить общественность. “Работаем хорошо!” — твердили неустанные труженицы. Далее был суд, и штраф уменьшили. Это тоже скрыли, а зря. Коль причины, породившие нарушение, не обсуждались и меры никакие не были приняты в связи с неудовлетворительным состоянием дел с отчетностью в организации, то можно предположить, что нарушения и штрафные санкции будут продолжаться, а следом появится и вереница проблем. Но до второй волны штрафов прошло немало времени и событий. Не буду забегать вперед.
Что же тогда обсуждали на собраниях композиторы и музыковеды? В частности, руководство Союза композиторов планировало издать сборник произведений композиторов; собирались к 10-летнему юбилею выпустить цветной буклет; ходатайствовать о помещении для организации (собрания проводились в разных учебных классах музыкального колледжа и даже в репетиционной комнате РГУ ЦК и НТ им. С. П. Кадышева). Минуло уже 10 лет, а воз и ныне там. Денег организация не умеет зарабатывать, и нет никакой помощи от поддержавших создание Союза композиторов представителей власти и видных деятелей культуры и искусства. А тут еще и штрафы, как снег на голову в жаркий летний день…
Кризис назрел, хоть караул кричи, но ничего ведь не выкричишь — надо работать засучив рукава! “Работаем, хорошо работаем!” — убеждает собрание участников Н. К. Баранова. И в подтверждение сказанного принимает решение “разобрать” мою публикацию “Кенель — человек-легенда”. Казалось, что, кроме моей статьи, она ничего никогда не читала о Кенеле. Если бы читала, то должна была бы предложить на обсуждение в Союзе композиторов и другие публикации, в которых, в отличие от моей, есть грубые и очень серьезные искажения фактов. Например, в тексте буклета “Абаканская детская музыкальная школа: 50 лет” написано о Кенеле: “…окончил два факультета (фортепиано и композиторский) Московской государственной консерватории им. П. И. Чайковского”. По-видимому, Н. К. Баранова не знала, что А. А. Кенель учился в Ленинградской консерватории. Если знала, то почему не подняла музыкальную общественность на обсуждение этого факта? В известной книге А. Ф. Трошкина “Уезд, округ, автономия, Республика Хакасия и ее люди” написано, что Н. В. Катаева родилась 1 ноября, а в документах у нее запись: 7 ноября. Удивительно, что Наталья Кирилловна эту ошибку, как и другие, не заметила, по-дружески, наверное. Можно было бы обсудить книгу О. Ю. Любимцевой об абаканском музучилище “Аккорды…”, в которой не названы имена известных в республике людей, окончивших когда-то музучилище и внесших заметный вклад в развитие музыкальной культуры Хакасии. Например, Ю. П. Кулигин в своих воспоминаниях, записанных Любимцевой, не упомянул и мою фамилию, а ведь девять лет отличной учебы и хорошей работы в училище — это немало. В конце концов можно рассмотреть и кандидатскую диссертацию самой Барановой, где целые предложения без кавычек и сносок списаны из статьи Кенеля “О музыке хакасов” в книге “Музыкальное творчество хакасов” (Абакан, 1955).
Вернемся же к началу — что не понравилось Н. К. Барановой в моей публикации о Кенеле. Она высказала мне, тридцать лет пишущей в газеты, автору статей и первого учебного пособия о композиторах Хакасии, требование: советоваться с ней и членами Союза композиторов перед тем, как что-либо отдавать в печать. Круто замахнулась! Ранее она уже высказывала мне претензии: почему я не пригласила ее на презентацию своего сборника “Песня льется из души”, а также на фестиваль грузинской песни. А теперь вот новая закавыка.
Отрадно знать, что моя статья “Кенель — человек-легенда”, опубликованная 11 ноября 2006 года в газете “Хакасия”, имела резонанс и всколыхнула общественность. Сразу же, 16 ноября, в газете “Шанс” вышла статья А. Анненко “Тайна композитора Шарля Луи де Кенеля”, а заинтересованные люди пошли прямо по моим следам, по архивам — то ли писать собрались, то ли сверять факты. В их числе и Н. К. Баранова. С раздражением она задавала мне вопросы, один из них: “Вы написали, что Кенель из Ленинграда уехал “наудачу”, а писал ли об этом он в своей автобиографии? Не писал, а Вы написали. В этом Ваша ошибка. Надо писать точно, слово в слово так, как Кенель писал в автобиографии”. Я ей объясняла, что в автобиографиях образные выражения не употребляются, что Кенель не писал об “обетованном крае” и о своей “несгибаемой воле”, и о “якоре спасения”, и о многом другом, о чем я написала в своей статье. “Это Вы не мне говорите, это Вы всем на собрании скажите!” — оборвала меня Наталья Кирилловна. Разбирать статью она запланировала в день проведения отчетно-выборной конференции, 20 января этого года, на десять месяцев позднее положенного срока — 20 марта прошлого года исполнилось 10 лет Союзу композиторов.
Многие музыканты не читали мою публикацию о Кенеле и не требовали от меня отвечать за написанное и ничего не знали о накале страстей в руководстве организации. Нечестно это: участники шли на отчетно-выборную конференцию, а им, доверчивым и незащищенным в тот момент, организаторы хотели предложить “суд”, даже не спрашивая их согласия. Н. В. Катаева проявила принципиальность — высказалась против всяких разбирательств и не явилась на конференцию. А. К. Стоянов, старший научный сотрудник ХакНИИЯЛИ, поддержал Баранову: “Пусть все скажут свое мнение”. Несмотря на мои многочасовые разъяснения, они были неумолимы. Я же согласия не давала на рассмотрение моей работы, на вопрос, каким законом они в своих действиях руководствуются, ответ не получила. И чтобы композиторы спокойно провели перевыборы, я, написав заявление о выходе из Союза композиторов, не явилась на конференцию.
Н. К. Баранова неустанно повторяла, что в руководстве Союза композиторов должны быть люди компетентные, грамотные, честные, заслуженные. Я с ней полностью согласна. Было избрано новое руководство: председатель правления — О. Г. Алахтаева, заместитель председателя — С. К. Волошанин, ответственный секретарь — Т. Д. Магонакова. Сразу же после конференции окрыленная Алахтаева писала новые планы, делилась ими с коллегами. Когда же стала разбираться в документах, поразилась: есть свидетельство о регистрации организации, печать, юридический адрес, но нет отчетных документов, бухгалтерского учета, расчетного счета, юридического сопровождения, рабочего места, телефона и протоколов. А давнишние протоколы оформлены неграмотно, подписаны только ответственным секретарем Н. К. Барановой. В них даже есть запись, где она сама себя называет заместителем председателя, но такой должности в период правления Н. В. Катаевой не было. Присутствующими в протоколах отмечаются одни и те же люди, которые, как мне известно, не ходили на собрания, а те, кто ходил, ни разу не упоминаются.
Все было бы не так печально, если бы дело не дошло до отчетности. Не успела О. Г. Алахтаева опомниться от выборной эйфории и разобраться в документах, как через три месяца работы посыпались штрафы и начались суды. Энтузиазм поубавился, а штрафные санкции в корне его погасили. Стали искать виноватого. Баранова не передала отчетные документы новому руководству (а были ли они у нее?), не отчиталась за потраченные деньги в минувшем году. Ей и поручило собрание все уладить — пусть, мол, пурхается теперь: четыре тысячи штрафа — сумма внушительная. Я говорила, и не раз, композиторам о возможных штрафах и потерях. Реакция была неадекватная. Один сказал: “…штрафы мизерные”, другой — “все это сказки”, третий — “легенды, Тамара Сергеевна, сочиняете”.
Получили большой штраф — вот вам и легенды, господа композиторы! Ведь предупреждали! Так нет, надо носом ткнуть в решение суда, чтобы поняли, что Союз композиторов — это организация, а не “печки-лавочки”, чтобы тарабарить не по существу на собраниях. О. Г. Алахтаева отказалась от должности и вышла из состава Союза композиторов, за ней еще несколько человек. Новое руководство прозрело: есть организация, но она какая-то ненастоящая, как в песне поется: “Я замок свой построил на песке”, и все надо начинать сначала, как 10 лет назад. Задумались — зачем было регистрировать объединение композиторов и музыковедов как юридическое лицо, зачем творческому союзу печать, ведь финансирования извне нет и финансово-хозяйственную деятельность организация не ведет?
Весьма подозрительно: отчитывается организация в налоговом органе нулевой декларацией, а юбилейный банкет какой пышный устроили! Люди приходили на юбилей Союза композиторов, а попадали на день рождения Н. К. Барановой, который она в то же самое время отмечала. Все члены Союза композиторов — педагоги, и получается, что общественная работа им обходится очень дорого. Выходит, что у Натальи Кирилловны много денег уходит на организацию. Где она их только берет, печатает дома на станке, что ли?
Известно, что правительство РХ работает только с зарегистрированными организациями, и как ответственный секретарь СК РХ Н. К. Баранова была назначена руководителем секции “Общественные объединения в области образования, науки, культуры, журналистики и искусства” в Общественной палате при правительстве РХ. С переизбранием в Союзе композиторов она автоматически (с 20 января нынешнего года) должна была бы быть отстранена от руководства секцией.
Думаю, что все со мной согласятся, что личные амбиции отдельных членов объединения не могут и не должны играть определяющую роль в решении вопросов, касающихся всех участников творческого союза. Вспоминаются слова Иисуса Христа: “Всякое дерево, не приносящее хороших плодов, срубают и выбрасывают в огонь”. В мире все развивается по законам гармонии: кризисы найдут свое разрешение, восстановятся равновесие и покой. Хочется надеяться, что и проблемы Союза композиторов Хакасии так или иначе разрешатся.
Тамара ГИГУАШВИЛИ,
бывший член
Союза композиторов
