Людмила Селиванова: ‘Я принимала на себя все удары, предназначавшиеся Лебедю’

СЕЛИВАНОВА сильно удивилась звонку из “АиФ на Енисее”: “Интервью со мной? Зачем? Разве я еще кому-нибудь интересна в Красноярске?” Людмила Васильевна, вновь ставшая москвичкой, явно скромничала: память о самой могущественной женщине при дворе губернатора Александра Лебедя еще свежа. Стараниями СМИ вокруг этой неординарной личности было создано немало легенд, сопровождавших ее с самого первого появления в администрации края.

Мы встретились с Селивановой в уютной “Кофейне” на Варварке, рядом со станцией метро “Китай-город”. Строгий деловой костюм и отсутствие дорогих украшений не смогли скрыть ее природной женской привлекательности - Людмила Васильевна по-прежнему эффектна, хотя и немного печальна. Селиванова заказала себе кофе, я - стакан вишневого сока. Разговор начался с ее нынешней работы в компании “Промышленные инвесторы”.

- ДЛЯ меня важнее не карьерные устремления, а личность руководителя, с которым мне предстоит работать. Сережа Генералов смог меня убедить, что я буду ему полезна в его новом проекте. По правде сказать, в том, что я могу быть полезной, не сомневалась. Везде, куда я приходила, номер не отбывала, а работала. За это, кстати, и страдала в Красноярском крае. Лучше сидеть тихонечко и ничего не делать. Тогда ты будешь белой, пушистой и с хорошим имиджем.

Штатный лоббист

- ЧЕМ занимаются “Промышленные инвесторы”?

- Недавно мы приобрели Волгоградский тракторный завод, сейчас анализируется возможность его объединения с “Сибмашхолдингом”. Бизнес чистый, а для меня это принципиально важно. В компании я фактически штатный лоббист. Я вхожа в высокие кабинеты, в которых защищаю интересы нашего бизнеса. Работа во многих отношениях комфортная. В основном я решаю вопросы в Москве, но иногда бываю во Владивостоке по делам морского пароходства, в котором у нас контрольный пакет акций.

- Вы стали работать у Генералова с осени прошлого года, а от Лебедя ушли еще зимой. Чем же вы занимались все это время?

- Год назад я каталась в горах и получила тяжелую травму, последствия которой сказываются до сих пор. Долго лечилась. Так совпало, что меня отпустили из больницы домой как раз, когда погиб Александр Иванович. Я ходила с палочкой, но в Красноярск на похороны прилетела без нее, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Генералов меня уговаривал полгода. Я же не хотела принимать никакого решения до завершения выборов в Красноярском крае. После апрельской трагедии Сережа и посоветовал мне не возвращаться в край. Хотя признаюсь, что сердцем и душой я была привязана к Красноярску и не сразу поняла, что в одну и ту же воду два раза не ступают.

- До сих пор ходят разные версии по поводу вашего ухода из краевой администрации. Что же все-таки случилось на самом деле?

- Когда я шла работать к Лебедю, то не представляла, что фактически попаду на войну в мирное время. Кульминацией стали выборы в ЗС, которые Александр Иванович проиграл. Главной стратегической ошибкой было создание двух прогубернаторских блоков: “Надежда и опора” и “За Лебедя”. Мы вместе с Потаниным, Хлопониным и Генераловым пытались убедить губернатора их не создавать, но не смогли. Еще вечером все шло по плану, а утром Лебедь на совещании вдруг объявил нам об этом решении. До сих пор не знаю, кто все-таки подбросил ему эту идею. Накануне он встречался с Всеволодом Севастьяновым. Может быть, коммунисты “помогли” губернатору, пообещав ему поддержку на выборах? Лебедь тогда сказал очень примечательную фразу: “Если мы выиграем на выборах, то выиграем все, если же проиграем, то проиграю в первую очередь я, потому что полагаюсь сейчас на свою интуицию. Я не хочу в будущем упрекать себя в том, что послушался ваших советов и потому проиграл”. После выборов мы до двух часов ночи сидели в его кабинете. Уже было понятно, что план Лебедя потерпел фиаско. И я его тогда спросила: “Вы помните ваши слова?” “Я помню все. Проиграл я, и это очень дорогая ошибка”, - ответил губернатор.

- Многие считали, что вас “ушли” из-за этого поражения.

- Все было не так. Новый год я отпраздновала вместе с семьей Александра Ивановича в “Сосне”, где мы веселились до шести утра. Это был последний Новый год в его жизни, и удался он на славу. Лебедь еще сказал: никогда не думал, мол, что Новый год такой веселый праздник. 2 января я ушла в отпуск. Потом события развивались стремительно. 8 января ночью мне позвонил Лебедь и сказал, что его предали норильчане, которые решили голосовать на выборах спикера ЗС за Усса. Я пыталась его убедить в том, что норильчане просто руководствуются здравым смыслом. Но Лебедь со мной не соглашался и заявил, что 9 января он подаст в отставку. Тут же мне позвонили из “Норникеля” и “ЮКОСа”. Все были в шоке. Утром я вновь разговаривала с Лебедем и посоветовала ему самому предложить депутатам поддержать кандидатуру Усса. Губернатор ответил, что он “был в жизни всяким, но смешным не был никогда”. Состоялось голосование, после чего Александр Иванович вновь мне позвонил и огорошил сразу двумя новостями: во-первых, он решил объявить войну “Норникелю”, а во-вторых, взять в первые заместители Коропачинского. Я была поражена. Объявить войну Норильску означало сделать большой шаг к катастрофе. Ну а кто такой Коропачинский, я себе хорошо представляла.

- Вы думаете, что он не справился бы?

- Он сделал себе имидж суперменеджера, хотя в реальности его профессиональные возможности были сильно преувеличены. Для меня было показательно его поведение на выборах. Он входил в блок “Надежда и опора” и не вложил в кампанию ни одного рубля! Меня настораживал уровень амбиций этого молодого человека. Однажды Коропачинский мне сказал, что пост в администрации края его не интересует, и согласится он минимум на премьера правительства страны. Красавец! Я предупредила Лебедя, что этот человек приведет его к пропасти. Потом я позвонила Хлопонину и другим олигархам, объявив им, что в край не вернусь. Я понимала, что в этой ситуации в регионе уже ничего сделать не смогу.

Начало конца

- С ЛЕБЕДЕМ вы общались после этого звонка?

- Да. Он пытался убедить меня, что стоит на правильном пути. Губернатор предлагал мне различные варианты сотрудничества. Я и вправду еще какое-то время занималась делами края. 14 января я разговаривала с заместителем руководителя администрации президента России Александром Абрамовым. Мы обсуждали возможность встречи Лебедя с Путиным. После декабрьского поражения она была для него крайне важна в чисто моральном плане. И хорошо, что эта встреча все-таки состоялась. Но это был фактически последний эпизод в нашей совместной работе. Мы оказались с Лебедем на диаметрально противоположных позициях, и поэтому я уже не могла с ним вместе работать.

- Когда вы разговаривали с губернатором последний раз?

- В апреле. Лебедь позвонил мне в Москву. Он был подавлен, но нашел в себе силы признать: “Людмила Васильевна, вы оказались правы, когда предупреждали меня о последствиях январских решений, в частности, по Норильску”. Я знаю, что накануне трагедии он сорок минут общался по телефону с Хлопониным, и они договорились после майских праздников все обсудить и нормализовать отношения. Думаю, “Норникель” на выборах, если бы они состоялись в 2003 году, поддержал бы Александра Ивановича. В тот период Хлопонин объективно был не готов возглавить край. Мой же разговор с Лебедем состоялся недели за две до ермаковской катастрофы. Он вновь, по его выражению, “пытался прочистить мне мозги”. Безуспешно. Но заявление о моей отставке он так и не подписал.

Свет в окошке

- ВЫ ЗАСЛУЖИЛИ репутацию властолюбивой женщины, которая стянула все нити управления краем на себя:

- У Лебедя на самом деле не было команды. Он иногда говорил, что у него не команда, а серпентарий. Лебедь во многих вопросах “хромал”, но он был настоящим бессребреником. Все что он делал - он делал для края. Другой вопрос, насколько правильными были его решения. Таких людей в современной России осталось очень мало. Для меня его смерть стала огромной потерей. Более яркого человека в моей жизни не было и вряд ли будет. Он абсолютно во всем был эксклюзивен. Два года рядом с ним были безумно тяжелыми, и я часто говорила Александру Ивановичу: “Боже мой, какой бес меня попутал сказать вам в 2000 году по телефону то роковое “да”?” Работа с Александром Ивановичем - это тонкий лед абсолютно во всем, но при этом мне было с ним хорошо. Он не был самодуром, и если в чем-то заблуждался, то его можно было с помощью логики и фактов переубедить. Другой вопрос, что я не все курировала и не все ошибки могла исправить. И мне было очень больно, когда я увидела, что рядом с таким искренним человеком находились люди, которые трудились только на свой карман.

- А Лебедь разве этого не видел?

- Может быть, и видел, но он был слишком доверчивым и не всегда мог правильно оценить качества тех людей, которых ему рекомендовали. И так получилось, что я, желая помочь Лебедю, невольно стала брать одну тему за другой. Они мне по большому счету и не нужны были, но я знала, что справлюсь с ними лучше других. Постепенно я натащила на себя все темы, из-за чего меня вскоре и начали клевать со страшной силой.

- Людмила Васильевна, а почему вы, с вашими связями, не рекомендовали Лебедю порядочных, профессиональных управленцев?

- Я была лишена такой возможности. С моей подачи в администрации появился только начальник главного финансового управления Антон Михалев. Лебедь сказал, что это единственный человек, которого он готов принять, и на этом “тема москвичей” в администрации закрывается. Тогда как раз сильно спекулировали на теме варягов.

- А в крае достойных кандидатов не было?

- Я задохнулась от поисков в крае. Достойные кандидаты были, но они не хотели работать в администрации. Некоторые мне говорили: “Идти на место, где не знаешь, что ждет тебя завтра, просто несерьезно”. Я, например, очень долго уговаривала Мишу Готовко возглавить управление экономики.

Вызываю огонь на себя

- ПОСЛЕ Вернера в глазах красноярских СМИ вы стали наиболее одиозным персонажем. Иногда создавалось впечатление, что вы специально на грубость нарывались, давая прессе пикантные информационные поводы.

- Я приехала в Красноярск из другой культурной среды, где на те же шубы приличные люди просто не обращали внимания. Для меня эти “наезды” вообще были каким-то непонятным анекдотом. Сначала, кстати, мои шубы не замечали, от меня ждали другого. Думали, что я возьму взятку, и на этом меня приловят. Прошел год, я ни в какой бизнес не влезла, взятки не брала, по флагам не стреляла, пьяной не валялась, ничего аморального не делала. И тогда кому-то в голову пришла “гениальная” идея насчет шуб. Не скрою, меня это зацепило. Я посоветовалась с Александром Ивановичем. Лебедь посмеялся: “Да меняйте шубы хоть каждый день. Собака лает, ветер носит”. Я ему отвечаю: “Вы хорошо подумали? Ведь Вернер-то не зря бесился, когда его кусали”. Он завелся: “Чем ярче вы будете выглядеть, тем лучше”. Специально я гусей не дразнила. Из всей администрации я меньше всех давала интервью. Мне просто было некогда. И вообще - почему я должна была скрываться от людей? Я успешная, состоявшаяся женщина, у меня отличная семья. Мой гардероб - мое личное дело. Или я не права?

- Но вы же сами сказали, что очутились на фронте. Так зачем же было подставляться под пули?

- Был бы человек, а статья найдется. Я вызвала огонь на себя и тем самым помогла Лебедю, которого до моего приезда “мочили” нещадным образом. А тут орудия развернулись в сторону Селивановой. Хотя по статусу я всего-то исполняла обязанности первого заместителя. Джонсон Хагажеев как-то сказал, что если бы меня не было, то меня надо было придумать, потому что в администрации Лебедя я была громоотводом. Рядом с ним больше не было никого, кто принимал бы на себя все удары.

- Александр Усс вашу отставку ставит себе в заслугу. Вы как-то пытались договориться с вашими идейными противниками из стана “Наших”?

- Безусловно, самым серьезным противником я считала и считаю Александра Викторовича. Это очень талантливый политический режиссер и манипулятор. Все остальные “нашисты” танцевали под его дудку. В свое время я хотела найти с ним общий язык, пытаясь понять причины войны между Уссом и Лебедем. Но я была глубоко разочарована в Александре Уссе, потому что он банально меня обманывал. Вечером он говорил мне, что готов с завтрашнего дня прекратить все военные действия против губернатора. Наступало завтра, начиналась сессия ЗС - и со стороны Усса следовал очередной оскорбительно-унижающий выпад против Лебедя. Александр Иванович до такого уровня не опускался. Спустя некоторое время я поняла, что Усс - откровенный, очень коварный враг, которому было абсолютно наплевать на какие-то правила игры. Такой нечестной войны против главы исполнительной власти не знал ни один регион в России. Сразу после гибели Лебедя у меня состоялся с Уссом разговор. Он признался, что добивался моего отъезда из края, понимая, что в администрации я - единственный человек, способный в трудную минуту подставить Лебедю свое плечо.

- Говорят, у вас были хорошие отношения с Пащенко.

- С ним были своеобразные отношения. Он тоже меня “поливал”, но до оскорблений не скатывался. Олег Анатольевич мне где-то даже импонировал, он необычный человек, оригинально мыслящий. Мы с ним часто встречались, я приезжала к нему в редакцию. Зла на него не держу.

План Потанина

- ВАС до сих пор вспоминают в крае, намекая на некие сомнительные коммерческие операции с вашим участием. Как вы относитесь к этим инсинуациям?

- Когда я стала работать в крае, то специально решила не входить ни в какой бизнес, чтобы потом не было ненужных разговоров. Что вы! В этом смысле я без проблем простилась с краем. Мне прислали из Красноярска вещи, и меня ничего, кроме отца, больше с краем не связывает.

- Вы хорошо знаете нынешнего губернатора. Можете сказать, что красноярцам от него ждать?

- Все, что было сделано при Лебеде, будет мягко отодвигаться в сторону. В кадровой политике Хлопонин будет подчеркнуто дистанцироваться от людей, которые работали при Лебеде. Не потому, что Селиванову не любит, а так - на всякий случай. Они слишком обеспеченные люди, чтобы устраивать себе лишние проблемы в жизни. Я думаю, что при Хлопонине в крае все будет тихо и спокойно. Ситуация не должна ухудшиться, потому что Александр Геннадиевич - человек умный, и ради собственной карьеры будет стремиться сделать край привлекательным регионом. Так будет продолжаться года два, а потом Хлопонин переедет в Москву, получит серьезный пост в правительстве, а на его нынешнее место придет Олег Бударгин. План этот реальный, потому что Потанин смотрит далеко и мыслит стратегически.

Жизнь как роман

- ЧТО вам как личности дал красноярский опыт?

- Я ехала в Красноярск, не очень веря в то, что у меня что-то здесь получится. Но в администрации я поняла, что могу очень многое. Вместе с Александром Ивановичем я реально руководила краем. Это бесценный опыт, ведь игра шла по-крупному, и зачастую - без всяких правил. Меня многому научили красноярские СМИ (иронично смеется). Характер я в родном городе закалила. Меня в Красноярске не сломали, хотя сильно этого хотели. Но еще раз этот путь я бы пройти не хотела, потому что в последний период работы в Красноярске не раз к себе прислушивалась и спрашивала с тревогой: а у меня вообще на этой работе что-то от женщины осталось?

- Вы в политику возвращаться не собираетесь? Не хотите, например, стать депутатом Госдумы?

- Никогда не говори “никогда”, но на 99 процентов я уверена, что в депутаты не пойду ни при каких обстоятельствах. Это не мое. Я слишком реально смотрю на вещи и люблю видеть результаты моей работы. А голосовать за деньги в Госдуме не хочу.

- После ухода из администрации Лебедя вы работали над диссертацией. Когда защищаетесь?

- Защита - 20 марта. О теме работы до защиты говорить не хотелось бы из суеверных соображений, но посвящена диссертация проблемам управления.

- Пишете не только вы, пишут о вас. Правда ли, что вы вдохновили писательницу Татьяну Устинову на очередной детективный роман?

- Таня Устинова - моя близкая подруга. В свое время она у меня работала, а потом стала писать книги. Я узнала об этом случайно. Она дала мне свои произведения, и мне показалось, что это написано по-настоящему талантливо. Последний ее детектив называется “Первое правило королевы”. Он появится в продаже в середине марта. События в этом детективе абсолютно вымышленные и не имеют никакого отношения к моей биографии, но характер главной героини, Инны Васильевны Сильвестровой, списан с меня и книга посвящена мне. Можно там найти и параллели с Лебедем в образе Александра Петровича Ястребова. На мой взгляд, роман получился безумно интересный. Рекомендую его прочитать всем красноярцам.

- Не сомневайтесь, прочитаем!

Александр ЧЕРНЯВСКИЙ