В доме сладко пахло только что испеченными пирожками. Моя сестра Маша хлопотала на кухне, а я, лежа на диване, молча наблюдала за всем происходящим из-под чуть приоткрытых век. Меня буквально свалил грипп. Чувствовалась слабость в теле, болела отяжелевшая голова, тошнило. Но самое страшное – как и у всех больных, душа была до того воспалена, что раздражала каждая мелочь. Да еще любимый уже неделю не дает знать о себе. Все это вгоняло то в апатию, то в истерику. Казалось, психологически грипп сломил меня больше, чем физически.
Резко позвонили в дверь. “Это он!” - первая же мысль была о друге. Я скинула с себя одеяла, из-за болезни ставшие пудовыми, и побежала в прихожую. Дверь с грохотом распахнулась… Передо мной стоял мальчик лет пяти.
- Дайте покушать, пожалуйста, - покраснев, попросил он, с затаенным страхом глядя на меня.
Он еле держался на ногах, был грязным, неухоженным. Чувство жалости пронзило меня: ведь ему в сто крат хуже, чем мне! Я окружена заботливыми, любящими людьми, а он… Что заставило такого малыша побираться по квартирам, выпрашивая пропитание?
- Сейчас. Подожди, - я позвала маму.
Но она со словами “Нет ничего!” захлопнула дверь. Чуть не потеряв равновесие, я тихо прошла в комнату. На письменном столе стояла тарелка с остывающими пирожками, заботливо поставленная для меня мамой. В густой цвет стыда окрасилось мое лицо, на лбу выступили капельки пота от резко подскочившей температуры, а на глаза навернулись слезы.
Я схватила тарелку с пирожками и пулей вылетела из квартиры. На площадке все еще стоял мальчик. Со страхом оглянулся, услышав звук открывающейся двери. Он, не переставая, теребил полы женской черной куртки с посеревшими от старости заплатками на боках, в которую был одет.
Мальчишка неуверенно посмотрел на пирожки, затем на меня. Мое разбитое болезненной слабостью тело было похоже на мыло: казалось, я сейчас упаду. Стало страшно. Внезапно мною овладела мысль о нелепости нашего существования. Все это – и аппетитно пахнущие пирожки, и стакан воды, заботливо принесенный сестрой мне в постель, и теплые одеяла – показалось нелепым рядом с судьбой этого мальчика, выражением его далеко не детских глаз.
Я поставила тарелку с пирожками у ног мальчика и крепко обняла его, проникаясь доселе незнакомым запахом улицы, боли, страдания.
- Это тебе. Ты прости нас, хорошо?
…Дома я набросилась на маму с упреками:
- Почему ты не дала мальчику покушать?
- Ох, дорогая, если бы все, просящие подаяние, только за хлебом приходили! – горько вздохнула мама. – Раньше я часто подкармливала ребятишек: что в доме было, тем с ними и делилась. Пока однажды очередные просители не заявили нагло, что еда им не нужна, а требуются деньги. Я, помню, тоже пирожками их угостила. А через час нашла всю сдобу разбросанной по подъезду…
Я задумалась. А ведь, действительно, многие попрошайки занимаются вымогательством. Очень часто возле магазинов и кафе, на автостоянках ходят мальчишки и девчонки, выпрашивая мелочь. В районе Торгового центра, например, несколько подростков постоянно “подбивают” у прохожих по рублю-двум “на хлебушек”. Казалось бы, что сегодня стоит рубль? Но за полчаса-час “работы” таким образом они собирают около 30 рублей!
Заметьте, некоторые из подобных попрошаек вовсе не нуждаются в милостыне, они – из вполне обеспеченных, благополучных семей. А попрошайничество, приодевшись в рванье, просто поставили на поток, сделали своим ремеслом. “Кровно заработанные” же деньги подростки тратят на выпивку, курево, косячок…Большинство из таких ребят состоят на учете в комиссии по делам несовершеннолетних.
Или взять, например, цыган, которые в жару и холод (но особенно в дни массовых гуляний, на праздники) выставляют на всеобщее обозрение сверток с полуголым кричащим младенцем. Ну как не помочь, не подать милостыню? Однако так мы становимся “работодателями”: в день профессиональным попрошайкам удается “заработать” на нас до тысячи рублей!
Невольно вспоминается анекдот, когда просящая милостыню в переходе метро женщина потирает руки, приговаривая: “Машину заработала, коттедж себе и детям построила, теперь на яхту коплю!”
Между тем жизнь – словно монета, которую мы зачастую видим только с одной стороны. Случалась с вами ситуация, когда всего-то рубля не хватило на проезд или на покупку? Кто-нибудь вам помог? Никогда не забуду, как горько плакала в аптеке старушка: она приехала с Русского поля за лекарствами, выстояла очередь, а ей не хватило всего пяти рублей!..
Часто милостыню просят старики, которым тяжело живется на крохотную пенсию, беженцы, сироты при живых, но вечно пьющих родителях. Все они – “молчаливые попрошайки”. Такие никогда не клянчат, не требуют денег, они никогда не откажутся от куска хлеба. Мы же, в вечной суете своей, не замечаем их молящих отчаянных взглядов. Более того, нарвавшись на “псевдонищих”, ровняем всех под одну гребенку, ругаем и прогоняем обездоленных людей, попавших в сложную жизненную ситуацию…
Безусловно, давать попрошайкам милостыню или нет, каждый решает сам. Вопрос в другом. Что все-таки милосерднее: подать милостыню и тем самым спасти ребенка от голодного обморока? Или, не давая ее, приучать “благополучных” подростков к мысли о том, что ничего в жизни не дается даром и деньги нужно зарабатывать своим трудом?
Ольга ТОЛСТУХИНА
