В живописнейшем месте Хакасии расположилась Абаза. Природа здесь красивейшая — место таежное, с извилистыми и бурными речками, причудливыми скалами, вековыми соснами и нежными березками.

Жизнь абазинцев так или иначе связана с деятельностью промышленного предприятия, не одно десятилетие извлекающего железную руду из недр земли.

Но, как и на многих производственных объектах, в Абаканском рудоуправлении сегодня проблем предостаточно. Неизвестно, на какое будущее отложено строительство нового рудника, обостряют обстановку задержки оплаты за полученную продукцию со стороны потребителей. Рудоуправление было вынуждено выделить в самостоятельные структуры конно-спортивную школу, подсобное хозяйство, маралятник, лесозаготовительный участок, швейную фабрику, торговлю и другие производства.

Волнуется генеральный директор ООО “Абаканское рудоуправление” Николай Байбородов и по поводу ущерба, нанесенного паводком, который наглядно подтвердил, насколько готовы разные службы действовать в экстремальных ситуациях. Слово — Николаю Ивановичу:

— Прочитал в газете “Хакасия” заметку под названием “Хронология ликвидации аварии” (№ 110 от 18 июня 2003 г.), в которой дано описание развития и ликвидации аварии на Саянских электрических сетях в районе Абазы. Первое впечатление — восхищение от слаженной и четкой работы энергетиков. Ай да ребята, ай да молодцы! Если бы эта авария произошла не у нас…

Теперь же от восторгов вернемся к действительности. В результате наводнения Абаканское рудоуправление на 30 часов осталось без электричества. Что будет, если человек в течение такого вот времени не будет получать кислород? Электроэнергия — тот же кислород для нашего предприятия.

Согласно подписанному договору между ООО “Абаканское рудоуправление” и АО “Хакасэнерго” последние взяли на себя обязательство по бесперебойному энергоснабжению промышленного предприятия. Авария, произошедшая из-за погодных условий, наглядно продемонстрировала ненадежность энергетического хозяйства “Хакасэнерго”.

Сегодня можно ссылаться на технические причины. Извините, дорогие энергетики, на то вы и специалисты, чтобы знать, в каком состоянии находится ваше оборудование. Техническим перевооружением следует заниматься не по факту поломки, а до нее, предупреждая аварийную ситуацию.

За техническим языком описания ликвидации аварии, показа динамичной работы энергетиков скрывается основное — прокол, выразившийся в длительном отсутствии энергоснабжения.

А для того, чтобы руководство “Хакасэнерго” спало спокойно, коллектив Абаканского рудоуправления терпит убытки, так как мы вынуждены запустить турбогенераторы и нагревать котлы, как в зимнее время. Доверие наше партнеры не оправдали, сегодня мы вынуждены дублировать их работу. Это можно приплюсовать к тем убыткам, которые понесло наше предприятие, когда осталось без электроснабжения более чем на сутки.

По произошедшему факту аварии работала специальная комиссия, в нее входил и заместитель генерального директора АО “Хакасэнерго” В.С. Горшков. Он согласился с мнением комиссии. А она не установила в действиях руководителей, специалистов, других работников ООО “Абаканское рудоуправление” нарушений требований законов, правовых актов, требований нормативно-технических документов по промышленной безопасности, правил устройства и эксплуатации электроустановок потребителей, а также отказа в работе технических устройств, что могло бы привести к возникновению данной аварии в шахте. По предварительным расчетам, ущерб для нашего предприятия составил порядка пяти миллионов рублей.

При таком отношении энергетиков мы в скором времени не только не сможем крутить подъемные машины, но и останемся без лампочки Ильича.

Будем надеяться, что и эти трудности преодолимы. Скоро День металлурга. Хочу поздравить с нашим профессиональным праздником горняков всех, кто связан с нашим производством. Здоровья, успехов, удачи!

Записала Марина АЛЕХИНА

Слегка утрируя, можно сказать, что под таким или примерно таким соусом прошел разговор на совещании председателя правительства республики Алексея Лебедя с руководителями городов и районов Хакасии. Вопрос, надо сказать, вовсе даже не праздный, а именно впрямую связанный с предстоящей реформой местного самоуправления.

Да, нас ждет очередное переустройство устройства (простите за тавтологию) властных структур местного значения. Что автоматически влечет за собой серьезные изменения хозяйственного, административного и, главное, финансового характера. О чем, собственно, и шла речь на указанном совещании, как, впрочем, и о многом другом.

Естественно, Алексей Лебедь не мог не коснуться темы Беслана и доложил собравшимся о решении правительства Хакасии перечислить из резервного фонда главы республики 500 тысяч рублей пострадавшим от террористического акта. Слов нет, трагедия велика, и мы скорбим со всей страной. Но…

Вместе с тем нельзя не согласится с высказываниями Алексея Ивановича, смысл которых сводится к известной истине — героизм бойца есть ошибка командира. Для чего, спрашивается, создавали штаб по освобождению заложников, если спонтанная силовая акция стала для него полной неожиданностью? Штаб на то и штаб, чтобы предусмотреть любые варианты событий. Переговоры — да, гуманитарная миссия — да, формирование общественного мнения — да, штурм — тоже да. Ведись тщательная подготовка к силовой акции, не пришлось бы суперсолдатам из числа спецназа ФСБ бросаться грудью на пули, чтобы хоть как-то прикрыть собой убегающих детей. Бесспорно, героическая, но вовсе не такая уж необходимая гибель профессионалов. А главное — более 300 убитых заложников, большая часть из которых — дети.

К сожалению, эти вроде бы далекие от мирной жизни события на самом деле легко проецируются на всю Россию, в том числе и на Республику Хакасия. Ведь вопрос сейчас таким образом и стоит: как спланировать свои действия, чтобы потом не проявлять чудеса героизма, например, по подготовке к зиме или по уборке урожая.

Взять хотя бы последний вопрос, который на совещании докладывал заместитель главы Хакасии Геннадий Чанкин. Да, с кормами, судя по его словам, у нас дела обстоят более или менее прилично. А вот по зерновым. К началу этой недели по республике был убран только 21 процент от засеянных площадей. Отсюда и две непреложные истины: “То, что в сентябре является зерном, в октябре станет фуражом” и “То, что в сентябре является обыкновенным уборочным трудом, в октябре станет подвигом”.

Чтобы избежать подобных катаклизмов, уже сейчас территории должны выйти на следующие темпы уборки: Алтайский район — 350 гектаров в день (сейчас убирает 150), Аскизский — 150 гектаров (убирает 30), Бейский — 250 гектаров (столько и убирает), Боградский — 350 (убирает 250), Орджоникидзевский — 450 гектаров (убирает 200), Таштыпский — 100 гектаров (убирает 70), Усть-Абаканский — 150 гектаров (убирает 50), Ширинский район — 600 гектаров (убирает 350). Как видите, мы уже находимся в одном шаге от героизма.

Теперь о главном, то есть о том, как жить дальше будем.

Благодаря очередному витку реформы местного самоуправления Хакасия вернулась к тому, от чего под гром судебных разбирательств ушла два года тому назад. А именно к двухуровневой организации местного самоуправления. Говоря проще, к нам в прежнем виде возвращаются уже канувшие было в небытие сельсоветы. В связи с чем возникли вопросы, ответы на которые на совещании попытались дать заместитель главы Хакасии Валерий Шавыркин и министр финансов Алексей Иванов.

Суть в следующем. В 2002 году правительство Хакасии имело перспективу заполучить в свое ведение 89 самостоятельных территорий, наделенных полномочиями, бюджетами, правами и обязанностями. Но тогда от этого ужаса удалось уйти за счет определения в качестве муниципальных образований городов и районов республики за исключением таких выскочек, как станция Аскиз, База и Солнечное. Однако теперь вновь принятое федеральное законодательство сложившуюся картину резко взламывает и определяет, что к 2006 году Хакасия должна заполучить и городские округа, и муниципальные районы, и муниципальные поселения (те самые сельсоветы). Однако…

Сколько их будет — большой вопрос. Ведь это раньше признаки местного самоуправления ограничивались четырьмя пунктами: наличие собственной территории, собственного имущества, собственного выборного органа власти (Совета депутатов) и собственных доходов. Теперь же к ним добавляются и такие факторы, как число жителей, пешее расстояние от центра до окраины и так далее.

В настоящее время, как пояснил Валерий Шавыркин, в Хакасии из 101 претендента на звание субъекта местного самоуправления только 15 целиком соответствуют его признакам. Еще 15 целиком ему не соответствуют. Остальные же являются ущербными по тем или иным пунктам. Отсюда и вытекает нелегкая задача: во-первых, определить количество муниципальных поселений, делая упор на их укрупнение (читай — на численное уменьшение). А во-вторых, установить их границы, разрешив территориальные споры между Таштыпом и Абазой, между Усть-Абаканом и Черногорском. Главные трудности ожидаются с первым ввиду того, что в Хакасии есть территории, где проживает и менее 1000, и менее 500, и менее 200 человек. Но при этом они находятся на таком далеком от всех расстоянии, что присоединить их к кому-либо становится проблематичным.

Следующие вопросы, требующие скорейшего разрешения — это разграничение полномочий и порядок финансирования. Не важно, сколько у нас в конечном итоге окажется муниципальных поселений, поскольку в любом случае они будут иметь собственный бюджет. Существующее ныне в Хакасии сметное финансирование прекратит свое действие с 1 января 2006 года. И по заявлению министра финансов Алексея Иванова, предстоящие бюджеты территорий станут зависеть не от чьего-то желания содержать тот или иной объект, а от того, имеет ли этот кто-то полномочия на данное содержание. Впрочем, это тема отдельного разговора.

В связи с озвученной ситуацией многие главы районов, конечно же, озаботились степенью управляемости своих территорий. Ведь если все будут самостоятельными, со своими деньгами и полномочиями, то как глава муниципального района сможет повлиять на ситуацию в том или ином муниципальном поселении? Но министр финансов их успокоил. В руках района останется бюджет выравнивания, который позволит главам управлять финансовыми потоками, идущими на места. Может, это будет некрасиво, но поверьте, весьма эффективно.

Ну и еще один вопрос вопросов — кадры. Кадры, которые, как говорил один вождь, решают все. Навык административной работы с потолка не взять. Вот поэтому нужно людей готовить, дабы потом вновь не творить чудеса геройства, спасая размороженный из-за чьей-то некомпетентности поселок.

Юрий АБУМОВ

Кому выгоден демпинг?

Дожили… Вот и у нас начались настоящие войны конкурентов. И где?! На городском транспорте, который в советское время всегда считался планово-убыточным и ничего, кроме головной боли, властям не приносил. А тут вдруг оказалось, что он может приносить доходы. И, судя по количеству желающих обслуживать нас, пассажиров, доходы эти не такие уж маленькие… Во всяком случае, есть стимул за них воевать. Несколько раз доходило до прямых столкновений. Теперь конкуренты прибегли к экономическим методам “выдавливания” противника с рынка — продаже товара по ценам, которые не только ниже, чем у конкурента, но и вообще ниже себестоимости. Проще говоря, это — работа себе в убыток. Но зато с надеждой, что конкурент разорится еще быстрей и сойдет с дистанции, то есть с городских маршрутов.

С этой целью и была снижена стоимость проезда на нескольких городских автобусах до одного рубля. Потом, когда война закончится, победитель возместит все свои убытки с лихвой. За счет пассажиров, конечно. Став хозяином положения, он может устанавливать цены, какие захочется. А хочется, разумеется, повыше. И ничего не поделаешь: конкурент-то будет устранен.

Поэтому демпинговая война не выгодна прежде всего пассажирам. Хорошо, конечно, сегодня кататься за рубль. Но лучше, чтобы конкуренция сохранялась и чтобы предприниматели постоянно боролись за право обслуживать пассажиров.

Почему в Абакане предприниматели прибегли к демпингу? Как разворачивалась эта экономическая война? Чем закончилась? Попробуем ответить на эти вопросы. Но сначала давайте посмотрим, как идут экономические бои местного значения на городских автобусных маршрутах.

Тридцать семь минут на остановке

Девять утра. К остановке около главпочтамта то и дело подходят автобусы. Я пропускаю их один за другим в ожидании того, на котором обозначена несуразная, по нашим временам стоимость проезда, — один рубль. Догадываюсь, о чем вы сейчас подумали. Вот, мол, скареда какая — из-за копейки удавится, торчит на остановке, чтобы проехаться за рубль.

Не угадали. Ехать мне никуда не надо, а на остановку я вышла для того, чтобы самой убедиться, какую “погоду” делают “рублевые” автобусы в общем потоке городского транспорта.

В 9 часов 3 минуты с интервалом 15 — 20 секунд к остановке подъехало сразу два “рублевых” автобуса — маршруты № 10 и № 11. Не заметила, чтобы кто-нибудь с радостным ликованием кинулся к ним, оставляя без внимания остальные. Людей в них зашло ничуть не больше, чем в другие автобусы. Но, говорят, в часы пик в них была давка.

Потом, в течение 37 минут, “рублевые” на остановке не появлялись. За это время я успела изрядно “намозолить” глаза водителям, которые стали подозрительно на меня коситься. Понятное дело: стоит какая-то странная женщина, записывает в блокнотик каждый подъезжающий автобус.

Подведу итоги моих записей. В общей сложности за 37 минут к остановке “причаливало” 54 автобуса.

Больше всего прошло за это время “одиннадцатых” — 13 автобусов. По восемь машин — “двенадцатого” и “десятого”. Маршруты №№ 18, 21 и 3 “а” — по пять автобусов. Остальные — по два. Понятно, что самый маленький интервал между автобусами одиннадцатого маршрута — меньше трех минут. Но это теоретически, а практически же получалось, что к остановке одновременно или с интервалом пять-шесть секунд подкатывало сразу два, а то и три автобуса. И так они следовали дальше вереницей, почти уткнувшись носом в выхлопную трубу переднего. Ясно, что один “висел” на “хвосте” у другого или, наоборот, норовил обогнать его, чтобы приехать на остановку первым. Это происходит в основном на маршрутах №№ 10, 11 и 12. Они — самые массовые, и как раз здесь была снижена стоимость проезда до рубля.

На остальных маршрутах стоимость проезда варьировалась от двух до четырех рублей. Исключение — маршрут № 18, где на автобусах неизменно красовалась табличка “5 рублей”. Судя по всему, на этом маршруте нет никакой конкуренции, и все треволнения демпинговой войны обходят его стороной. Пассажиров, однако, не убавилось — ездить-то больше не на чем в этом направлении.

Вот вам еще один аргумент в пользу здоровой конкуренции в любой сфере деятельности.

Только один раз я наблюдала некое оживление среди пассажиров. Увидев старый, как говорится, вконец добитый муниципальный ЛиАЗ маршрута № 7, старички и старушки, сидевшие на скамейках, вдруг разом поднялись и засеменили к автобусу. Одна из бабушек даже взволнованно прокричала:

— Люба, занимай места!

Как выяснилось, волновалась старушка напрасно: сидячих мест хватило всем. Практически во всех автобусах люди ехали сидя, если кто и стоял, то потому, что готовился выйти.

А помните, какое тесно сплоченное братство транспортники создавали из пассажиров в былые времена? Мы ездили в автобусах, так плотно набитых, что практически можно было и не держаться за поручни: упасть было просто некуда. Помнится, я не могла поверить рассказам очевидцев, побывавших за “бугром”, о том, что там люди пропускают автобус, если нет сидячих мест, — ждут следующего. Разве могли мы предположить, что когда-нибудь и у нас будет так? И что автотранспортники будут бороться за то, чтобы возить нас?

И это только благодаря одному — тому, что появился рынок транспортных услуг.

Можно, конечно, сетовать на то, что по сравнению с прежними пятью копейками плата за проезд подорожала многократно. Кто же это оспаривает? Но нельзя не согласиться и с тем, что ездить стало удобней, проще, легче. За это и платим.

Дождавшись, когда к остановке вновь подошел “рублевый” автобус, я вошла в салон. Кондуктор, милая девушка, усталая, но вежливая, взяв мои два рубля, протянула мне билет и сдачу — рубль.

Судя по документам, копии которых висели в салоне, автобус принадлежит предпринимателю Юрию Мартынову.

— И что у вас получается, когда в конце смены подбиваете итоги — на бензин хватает? — полюбопытствовала я у водителя.

— Только на бензин и хватает, — махнул он с досадой рукой.

— А на зарплату?

В ответ он пожал плечами.

Когда мы подъехали к гостинице “Дружба”, кондуктор сняла вывеску “1 рубль”, а вместо нее повесила другую — “3 рубля”.

— Как это так? У вас же проезд стоит рубль, — удивилась я.

— А мы и так несколько рейсов сделали по рублю. Теперь, как все, будем ездить — по три рубля, — объяснил водитель.

— А с чего это все началось?

— Да Семенов поставил свои автобусы на наше время. Мы и стали по рублю брать, чтобы пассажиров у нас больше было.

Из разговора с этим и другими водителями я поняла, что вся эта война им давно осточертела. Не от хорошей жизни все это — лихорадочные гонки на перегруженных городских улицах, постоянный мандраж — как бы не упустить наиболее выгодные рейсы. Из-за этого водители и кондукторы зачастую работают без обеда — едят на скорую руку прямо на маршруте в свободную минуту. А тут еще эти рублевые билеты…

Водители и рады бы уже брать за проезд, как все, по три рубля, но не могут нарушить уговор. Какой? А тот, что заключили предприниматели.

— И сколько вы еще будете так работать?

— Это вы у Мартынова спросите. Я человек маленький, — ответил мне водитель.

Согласились с Семеновым

Легко сказать — спросите у Мартынова. Дозвонилась до него и попробовала уговорить его побеседовать со мной — ничего не получилось. Сначала он наотрез отказывался, ссылаясь на то, что не доверяет прессе: вся она у нас в Абакане лживая и распространяет о них, транспортниках, всякую клевету.

— Вот вы и скажите правду в нашей газете, — предложила я ему.

Он на минуту задумался. Потом сказал:

— Ладно. Только не сегодня. Надо посоветоваться в “Автомобилисте”. Сегодня у нас там как раз собрание. Будем решать, что дальше делать. (От автора: “Автомобилист” — это общество с ограниченной ответственностью, руководитель Евгений Корякин).

Но на другой день Мартынов отказался от встречи. Объяснил это тем, что уже нет повода для беседы — конфликт с Семеновым исчерпан.

— И к чему пришли?

— Решили согласиться с его условиями: сделать проезд не по пять, а по три рубля.

— Все предприниматели с этим согласились?

— Не все, конечно, но многие.

Интересно, как к такой стоимости проезда относятся автотранспортники, выполняющие муниципальный заказ, — работники РГУП “Автоколонна № 2038”? Директор предприятия Анатолий Ваньков высказался грубовато, но зато прямодушно:

— Да дурь это все, ничем экономически необоснованная. По нашим расчетам, себестоимость проезда никак не может быть ниже семи рублей.

“Как работал, так и буду работать…”

Однако с этим мнением категорически не согласен предприниматель Александр Семенов. Тот самый, кого конкуренты считают виновником демпинговой войны. Правда, и на этот счет у него свое, особое мнение.

— Это чушь, что конфликт начался с того, что я свои автобусы поставил на чужое время, — сказал Семенов. — Все началось совсем с другого. С того, что я на лето снизил стоимость проезда с четырех до трех рублей.

— И что, вы укладываетесь в эту стоимость?

— Конечно. Если бы не укладывались, не поставили такую цену. И нам хватает, и люди довольны. Надо думать не только о своей прибыли, но и о людях. То, что мы снизили цены, не устроило многих. Меня решили вытеснить с маршрутов. Их же много, они меж собой договорились. Думали, что если снизят цену еще больше, чем я, то я не выдержу конкуренции и уйду.

— Как вы думаете, долго еще эта война будет продолжаться?

— По-моему, она уже кончилась. Я как работал — так и буду работать. Могу твердо обещать жителям Абакана, что все лето, до 30 августа, стоимость проезда в моих автобусах будет оставаться такой же — три рубля. (Это было сказано накануне собрания предпринимателей.)

Там, где рынок сложился давно, против демпинговых цен действует система запретов. Они — вне закона, как в борьбе удар ниже пояса. А у нас? Являются ли нарушением действия предпринимателей, договорившихся снизить стоимость проезда до рубля для того, чтобы вытеснить Семенова?

— Да, это является нарушением статьи шестой закона о конкуренции, — объяснил руководитель Хакасского территориального управления министерства РФ по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства Эдуард Гофман. — К нам поступило заявление от одного из предпринимателей. Мы начали работу по нему. Установили, что при стоимости проезда в один рубль предпринимательская деятельность на городском транспорте является убыточной. Уточняются факты согласованности действий предпринимателей, устанавливавших убыточную цену.

Наша обязанность — пресекать любые нарушения закона о конкуренции, независимо от того, связаны они с повышением цен или с их снижением, если эти действия являются согласованными.

Еще раз о цене

— Я на днях вернулся из Иркутска. Там проезд в городском транспорте составляет уже восемь рублей. А в Томске плата за проезд поднялась до 12 рублей, — рассказывает Семенов. — И у нас до недавнего времени стоимость проезда повышалась и повышалась. Она бы и сейчас росла, если бы, во-первых, не было конкуренции, а во-вторых, Абаканский городской Совет депутатов не принял нынешней весной специальное постановление. Я думаю, это умно сделано.

О каком постановлении идет речь? О том, что было принято 29 апреля этого года. Документ действительно очень важный. Он кардинально меняет взаимоотношения власти и предпринимателей, работающих на городском транспорте. Самое главное: все они теперь равны в правах — как это теперь говорится, равноудаленные от казенного пирога. Под пирогом я подразумеваю муниципальный заказ на пассажирские перевозки. А это и дотации на льготников. Сейчас, как и много лет назад, право выполнять такой заказ безоговорочно принадлежит автоколонне № 2038. А с будущего года исполнитель муниципального заказа будет определяться на конкурсной основе.

Вот это условие — на конкурсной основе — Семенов считает обязательным для оптимизации рынка транспортных услуг.

Предложил качественные услуги по более низкой цене — получи муниципальный заказ.

Да здравствует конкуренция!

Что ж, можно подвести итоги первой в истории Хакасии демпинговой войны. Честно говоря, я рада, что Семенов и его коллектив доказали, что они способны держать удар, даже если его наносят не по правилам. Рада не за Семенова, а за нас, пассажиров. Потому что, если бы вытеснили сегодня Семенова, завтра на всех автобусах появилась бы табличка “Проезд — пять рублей”. Но в то же время я не хочу, чтобы когда-нибудь Семенов стал монополистом. Это тоже чревато…

Словом, да здравствует конкуренция!

Наталья КАЛЕМЕНЕВА

Восьмого июня председатель правительства Республики Хакасия Алексей Лебедь в 13 часов по московскому времени встретился с заместителем председателя правительства Российской Федерации Александром Жуковым. Об этом говорится в сообщении пресс-службы правительства нашей республики. Общение двух политиков длилось около часа, подробности беседы не сообщаются.

В 15 часов 30 минут того же дня главу Хакасии принял министр экономического развития и торговли Российской Федерации Герман Греф. На этой встрече присутствовали также председатель правления РАО “ЕЭС России” Анатолий Чубайс и руководитель компании “Базовый элемент” Олег Дерипаска. Четверо руководителей, заинтересованных в скорейшем разрешении конфликта вокруг Саяно-Шушенской ГЭС, общались около полутора часов. И пришли к следующим выводам.

Во-первых, договорились в течение недели подготовить пакет предложений по урегулированию проблемы бассейнового соглашения, призванного регламентировать квоты распределения платежей от гидростанции между тремя субъектами Федерации — Красноярским краем, Хакасией и Тувой. Соглашение должно начать действовать с 1 января 2005 года.

Во-вторых, решено принять необходимые меры по отмене решения собрания акционеров о перерегистрации Саяно-Шушенской ГЭС из Хакасии в Красноярский край. ГЭС остается в Хакасии, со всеми вытекающими отсюда финансовыми обязательствами.

Вместе с тем должен быть подготовлен и документ, согласно которому Хакасия откажется от своих судебных побед относительно возврата Саяно-Шушенской ГЭС в федеральную собственность.

В обмен на это действие повышение тарифов, которое коснется всей страны без исключения, в Хакасии будет проходить плавно и менее болезненно, чем в других регионах. Как говорится в том же сообщении пресс-службы республиканского правительства, “за возможность отвоевать ГЭС приходится идти на жертвы”.

О подробностях прошедших переговоров Алексей Лебедь расскажет на пресс-конференции, которую проведет сразу же по приезде в Абакан. Это, по прогнозу пресс-службы, должно состояться во вторник следующей недели

Как уже сообщала наша газета, Республика Хакасия наряду с другими территориями была вызвана для отчета в прямой эфир селекторного совещания, на повестке дня которого стоял один-единственный вопрос — подготовка к предстоящей зиме. Правда, вместо объявленного вице-премьера Владимира Яковлева у микрофона оказался председатель Госстроя России Николай Кошман. Однако подобная замена оказалась как нельзя кстати для главы Хакасии Алексея Лебедя. Потому что именно к этому ведомству у него возникла серьезная претензия. Но об этом чуть позже.

Оказавшись на прямой связи с Москвой, Алексей Иванович кратко обрисовал ситуацию, сложившуюся в области теплоэнергетики республики, и охарактеризовал ее как весьма неустойчивую. Главная причина тому солидная изношенность сетей, коммуникаций и прочего оборудования, отвечающего за тепло и водоснабжение. Вместе с тем подобное признание явилось отнюдь не актом бессилия, но признаком стопроцентного владения ситуацией. Заменить изношенное хозяйство в одночасье невозможно, это делается постепенно. Вот почему нынешний год выглядит значительно лучше, чем прошлый. Цифры изношенности снизились, финансирование мероприятий по подготовке к зиме началось на месяц раньше, чем обычно. И если бы федеральный бюджет в ответ на запрос республики о выделении на данные цели 70 млн рублей бюджетной ссуды выделил бы не 20, а хотя бы 40 млн, то вопросов вообще бы не случилось. Впрочем, даже это обстоятельство не служит поводом для допущения мысли, что Хакасия зимой замерзнет. Алексей Иванович твердо заявил, что при нем такого никогда не было и не будет.

Что касается нормативного запаса топлива, именно этот вопрос заинтересовал Николая Кошмана, то в Хакасии накапливать его никто не собирается. И вовсе не потому, что случились какие-то накладки или не хватает денег. Все есть, и механизм отлажен. Только, по словам Алексея Лебедя, он не намерен потакать воровским интересам. Практика наглядно показала и доказала: стоит лишь только создать нормативный запас угля, равный 1,5 месяца, как потом неожиданно выясняется, что топлива не хватило и на половину данного срока. Куда делось? Растаскали, разворовали, проморгали. И следом очередь с протянутыми руками — дайте еще денег. А их, то есть лишних денег, у республики нет. Поэтому будьте любезны укладываться в отведенную строку бюджета. Не можете? Поможем.

С этой целью Лебедь и распорядился снизить нормативный запас топлива до 10 дней. За это время много разворовать не успеют, а подвести новую партию угля — запросто. У нас, слава богу, в отличие от других регионов своего угля хватает. И расстояние для подвоза максимум 100 — 200 км. Вот почему данный вопрос, по мнению главы Хакасии, также закрыт.

Ну а дальше началось самое интересное. Закончив с оперативными моментами своего доклада, Алексей Лебедь без малейшей паузы нанес председателю Госстроя удар не в бровь, а в глаз. Ведь ни много ни мало он объявил необоснованными и даже незаконными претензии территориального управления Госстроя, расположенного в центре Федерального Сибирского округа Новосибирске.

Если излагать доступным массовому читателю языком, то ситуация выглядит следующим образом. В этом году согласно новоизобретенным правилам паспорта готовности к осенне-зимнему сезону будут подписывать не только председатели соответствующих комиссий, но и представители различных федеральных ведомств, в том числе и Госстроя. Однако никто из них, за исключением последних, не потребовал за свою подпись деньги. И, надо сказать, деньги немалые — 1,25 процента от суммы бюджетной ссуды, выделенной регионам на подготовку к зиме. Конкретно для Хакасии это 20 млн рублей, которые республика должна будет вернуть в 2006 году. В целом же на Россию было выделено 5,5 млрд рублей. И поскольку данные претензии предъявлены всем без исключения регионам, путем нехитрого арифметического подсчета выясняем, что 1,25 процента от 5,5 млрд — будет 68 млн 750 тысяч рублей, выдернутых неизвестно на какие цели из процесса подготовки России к зиме.

Так ведь мало того, что неизвестно зачем, совершенно непонятно еще и за что. Вся проверка объектов обеспечения тепла и воды осуществляется минградом Хакасии, службами заказчика и прочими местными ведомствами. И за это им, кстати, деньги уже заплачены. Платить второй раз за одно и то же по меньшей мере глупо. И опять же отдавать деньги принято не за подпись, а за конкретно сделанную работу. Зайди в котельную, проверь швы, стыки, гайки, давление, попинай хотя бы для видимости трубу, озвучь замечания и так далее. Но ведь такого никогда не было. Ни одного чиновника Госстроя даже за километр от какой-либо котельной в Хакасии не видели. Вместо этого они шлют письма, телеграммы, делают звонки и требуют подписать с ними договор и перечислить деньги. За что? Непонятно! На что? Неизвестно!

В связи с этим глава Хакасии Алексей Лебедь в прямом эфире на всю Россию заявил главе Госстроя Николаю Кошману, что никаких денег он ему платить не будет. А если его территориальные чиновники попробуют настаивать, Алексей Иванович пообещал Николаю Павловичу с ним поругаться. Последний, видимо, ругаться не захотел и тему быстро свернул.

Нам же после этого остается лишь констатировать один очевидный факт: глава Республики Хакасия открыл уже третий широкомасштабный фронт сражения. Так как, во-первых, он сегодня

воюет со своими чиновниками, которые рубятся за свою ущемленную зарплату. Во-вторых, он не в шутку схватился с империей Анатолия Чубайса, отстаивая право жителей Хакасии на льготный энергетический тариф. И, в-третьих, он сегодня на корню ломает сомнительные планы Госстроя России, не выпуская из республики деньги, целевое предназначение которых — подготовка к зиме. На каком из этих фронтов будет одержана победа, а на каком поражение, станет известно в ближайшем будущем.

Юрий АБУМОВ