Штрихи к 70-летию первого и последнего президента СССР Михаила Горбачева Хрущев и Горбачев. Два реформатора, закончившие свои карьеры на задворках большой политики. И для меня штрихи политического портрета Горбачева легкой тенью читаются на сочной личности Хрущева. Никита Хрущев, первый секретарь ЦК КПСС, имел человеческое и политическое мужество сказать на ХХ съезде правду, хотя и не всю, о культе личности Сталина. Хрущев остановил машину репрессий и освободил из лагерей миллионы политзаключенных. Никита Сергеевич выдал паспорта колхозникам и тем самым дал им право свободно передвигаться по стране в поисках лучшей доли. Общество в июне 1956 года вдохнуло глоток свободы после постановления ЦК КПСС “О преодолении культа личности и его последствий”. Хрущев, ломая догматизм соратников, внедрил в Программу КПСС (1961 год) идею о переходе от государства диктатуры пролетариата к общенародному. Никита Сергеевич пытался усовершенствовать управление экономикой, уповая на химизацию сельского хозяйства, он мечтал о продовольственном изобилии на столах советского народа и, одновременно, сокращал скот на личных подворьях сельчан. В феврале 1986 года делегаты ХХVII съезда КПСС поддержали своего молодого генерального секретаря Михаила Горбачева, и партийный форум провозгласил курс на экономическое обновление: повышение самостоятельности предприятий, сокращение государственного заказа на выпуск продукции. Также было заявлено о начале демократических преобразований в обществе, повышении политической активности народа. “Свежий ветер перемен” апреля 1985 года получил горбачевское фирменное название - “перестройка”. Но непродуманная, основанная, как мне видится, не на реалиях, а на популизме попытка перевода экономики на рыночные отношения привела к спаду объемов производства. Летом 1989 года 500 тысяч шахтеров Воркуты, Донбасса и Кузбасса участвовали в забастовках и, стуча касками, переходили от экономических требований - повышение зарплаты - к политическим: отставке правительства Николая Рыжкова, отмене конституционной статьи о руководящей роли КПСС. Горбачев активно проводил политику демократизации общества. Именно его стараниями была изменена советская избирательная система, и весной 1989 года прошли свободные выборы народных депутатов СССР. Правда, с сохранением назначения депутатов по спискам КПСС и некоторых общественных организаций. По-настоящему свободные и альтернативные выборы состоялись в следующем, 1990 году, когда россияне избирали народных депутатов РСФСР. Но пытаясь разрушить влияние своих политических соперников на власть, стремясь через демократизацию укрепить свою личную власть, Михаил Сергеевич невольно ослаблял политическую силу КПСС, эту основу жизнеспособности большой страны. Горбачев пытался контролировать процесс. На пленуме ЦК КПСС в феврале 1990 года он заявил о необходимости введения поста президента СССР, одновременно предложил отменить положение Конституции СССР о руководящей роли КПСС в государстве. Затем, в марте 1990 года, III съезд народных депутатов СССР избирает Горбачева президентом Советского Союза. А в июле этого же года ХХVIII съезд КПСС вновь доверяет ему должность генерального секретаря ЦК. Но под надутой оболочкой победы уже ничего, практически, не было: ни тотальной власти генсека руководящей партии наглухо застегнутой на все пуговицы державы, ни авторитетной власти президента вольноотпущенной страны. Никита Хрущев пытался внедрить в механизм Системы принципы сменяемости кадров. Но в результате кадровой малограмотности Никиты Сергеевича на вершину власти взошли люди, не имевшие яркого политического и индивидуального лица. Горбачев, как и Хрущев, следовал главному правилу взлетевших на трон тиранов: не правят вместе с теми, кто помог захватить власть. Он постепенно удалял от власти тех, кто выдвинул и активно поддержал его при избрании генеральным секретарем на пленуме ЦК КПСС 11 марта 1985 года: Громыко, Чебрикова, Соломенцева… В январе 1987 года Михаил Сергеевич выступил на пленуме Центрального Комитета КПСС с докладом “О перестройке и кадровой политике партии”. Михаил Геллер в своем исследовании “Седьмой секретарь” пишет: “Кульминацией “бархатной чистки” стали выборы народных депутатов в 1989 году. Гарантировав избрание - без выборов - ста отобранных центральным аппаратом нужных ему людей, Горбачев бросил на растерзание народа остальных аппаратчиков”. А уже в апреле 1989 года, используя результаты первых полувсенародных выборов, Горбачев выбросил 110 членов
ЦК КПСС. Более того, Горбачев предал лидеров стран-сателлитов Советского Союза, верных политике советских правителей - Хонеккера, Наджибуллу. Правление Никиты Хрущева ознаменовалось продолжением роста влиятельности СССР на международной сцене. Вспомним прекращение англо-франко-израильской агрессии против Египта в 1956 году, когда Советский Союз “побряцал” оружием и вынудил Англию передать Суэцкий канал Арабской Республике Египет. Правда, подобный демарш СССР в 1961 году, во время Карибского кризиса, поставил мир на грань ядерной войны, но президент США Джон Кеннеди вовремя “отработал” назад. Видимо, устрашась безрассудства Никиты Хрущева. Хрущев, твердокаменный “товарищ Нет”, запомнился миру лидером великой державы, который мог позволить себе запальчиво стучать по трибуне ООН каблуком снятой с ноги туфли. Никите Сергеевичу, по воспоминаниям Федора Бурлацкого, принадлежит категоричная фраза, сказанная во время поездки первого секретаря ЦК КПСС по Соединенным Штатам Америки: “У нас с вами только один спор - по земельному вопросу, кто кого закопает”. Но надо помнить и то, что именно при Хрущеве и Кеннеди появились первые сосульки таяния “холодной войны”. Нобелевскую премию мира 1990 года Михаил Горбачев получил за выдающийся вклад в международное сотрудничество ради укрепления мира. Я бы тут добавил, и за разрушение противовеса грядущему “аНАТОмированию” мира по курсу американской кройки и шитья. Горбачев, великий “господин Да”, в отличие от Хрущева, не имел коммунистических убеждений. Для Михаила Сергеевича партбилет был лишь внешним атрибутом, так мне думается, принадлежности к власти. Как парик у судей в Англии. Не был Горбачев и социал-демократом в российском понимании, да и просто демократом он не был. Вспомните, как упоительно он унижал Сахарова, Ульянова… Михаил Сергеевич был нормальным карьеристом, стремящимся как можно выше забраться по служебной лестнице. Он любил власть и знал толк в борьбе за нее. По определению Михаила Геллера, “Маккиавелли был бы студентом, Горбачев - профессором”, если случись им жить в одно время. Тем не менее Горбачев оказался не столь умен потому что сомневался в существовании людей умнее его и хитрее. Время показало, что он не разглядел, “кто есть ху” на самом деле. С Хрущева началось, что авторитет лидера стал определяться количеством произносимых им слов. Никита Сергеевич был большим любителем поговорить. Его речи, порой внешне сумбурные, являлись, по воспоминаниям помощников и консультантов, образцом заранее продуманных экспромтов. Горбачев за пять лет пребывания во власти успел издать шесть томов своих сочинений. Тогдашний канцлер Германии Гельмут Коль невольно (или намеренно) спровоцировал международный скандал, прилюдно сказав: “Он (Горбачев - М.Ч.) знает толк в социальной психологии “паблик рилейшнз”. Геббельс тоже знал в этом толк. Следует называть вещи своими именами”. Правда, Большой немец тут же извинился за некорректное сравнение Горбачева с Геббельсом. В конце концов наступило разочарование страны в горбачевском “новом мышлении”. И типично, что депутат-коммунист, космонавт Виталий Севастьянов в декабре 1991 года молвил облегченно: “Слава богу, эпоха Горбачева на этом закончилась”. Падение Хрущева завершило, по мнению одного из московских обозревателей, процесс восходящего развития социализма в СССР. Хрущева отстранили от власти, в общем-то, не за волюнтаризм, а за его неуемную жажду перемен. Михаил Горбачев был предан своими оставшимися “соратниками” и отвергнут народом за свои расплывчатые умодвижения: сначала шаг влево, затем - вправо, потом шаг вперед и шаг назад. При этом Михаил Сергеевич всегда умудрялся верить и убеждать окружающих, что виноват не он, виноваты - другие. “Горбачев, - цитирую Александра Головкова, - несомненно, желал все перестроить самым наилучшим образом. При этом не только для сограждан, но и в глобальном масштабе. Отсюда горбачевская концепция “нового мышления”, которую можно охарактеризовать как гениальное озарение политюродивого, пожелавшего немедленно побратать все народы мира и ради того пожертвовавшего множеством интересов собственного государства и народа. Другим фундаментальным творением Горбачева стала система демократизированных Советов - органов, функционально воспроизводящих архаику вечевой, митинговой (зато “простой” и прямой) демократии, совершенно непригодной для ответственного управления, но очень удобных в качестве орудия политической борьбы и разрушения государственного порядка”. 22 августа 1991 года, после завершения с
