Они прошли всю Туву. Где пешком, где ехали на попутках. До Абакана трое мальчишек-подростков добирались на поезде: сердобольный дяденька дал денег на билеты. Задержали пацанов на абаканском вокзале.
Как рассказали ребята старшему инспектору по делам несовершеннолетних ЛОВД на станции Абакан Ларисе Смиричинской, живут они в кызылском детском доме “Надежда”. Один из мальчишек тринадцать лет не виделся с отцом. Это и послужило поводом отправиться в путь…
Откуда берутся подранки?
Куда и зачем бегут дети-сироты? Что толкает их бродяжничать? Всегда ли виноваты в этом педагоги и приемные родители? Ответы на эти вопросы мы попытались найти во время проведения межведомственной операции “Семья”.
Накануне рейдовых мероприятий нашему корреспонденту удалось побеседовать с ответственным секретарем комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Абакана Тамарой Болиевской.
— Дети-сироты — раненые дети, — рассказывает Тамара Никитична. — Не важно, умерли родители или лишены родительских прав. Этим ребятишкам нелегко в жизни. Социальных сирот, то есть таких, у кого родители лишены родительских прав, процентов девяносто. Такие дети рождены в асоциальной среде. Они изначально переняли что-то от образа жизни пап и мам — бомжей, алкоголиков, наркоманов.
Говорят, первые три года являются основополагающими для формирования личности. И как бы мы потом ни старались что-то исправить, реабилитировать ребенка удается редко, в пятнадцати процентах случаев из ста. И это еще хороший показатель. Не поймите превратно — дети стараются себя проявить с лучшей стороны, но…
— Может, если им уделять больше внимания, все будет иначе? В детских домах воспитатели просто физически не в состоянии это делать. А вот в семье, скажем, в приемной…
— Хотите пример? Одна очень приличная семья (по этическим соображениям называть их фамилию не станем) взяла на воспитание трехлетнюю девочку. У ребенка было все — отдельная комната, видео, современная одежда. Но в подростковом возрасте в девочке “заговорили” гены биологических родителей. Она ушла от любящих папы и мамы. И покатилась по наклонной. На продажу выносила вещи из дома. Приемные родители обращались за помощью и к психологам, и врачам, и в соцзащиту. Бесполезно. На вопрос: “Почему уходишь из дома?” — вразумительного ответа получить не удалось…
— Кстати, а что думают по этому поводу врачи-специалисты? Почему, несмотря на все усилия взрослых, дети убегают из дома?
— Социальные сироты, из тех, кто регулярно ударяется в бега, подвержены синдрому хронического бродяжничества, так называемой драмомании. Драмомания (от греч. — стремление к бесцельному блужданию, перемене мест, бродяжничеству) бывает двух видов. В первом случае драмомания поддается коррекции путем воспитательного воздействия. Во втором необходимо медицинское вмешательство. Детей со вторым видом драмомании, к сожалению, больше. Их надо лечить.
Проблема эта сложная. И обвинять во всем только социальных педагогов, работников детских домов некорректно. Все специалисты работают. Причем хорошо. Это подтверждают и итоги недавно проведенной проверки девяти образовательных учреждений Абакана.
— Которую проводила…
— …комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Абакана. Конечно, недоработки есть. Но не ошибается тот, кто ничего не делает. Сложность в том, что дети, регулярно совершающие побеги, настолько быстро приспосабливаются к новым условиям, что за ними не угонишься. Мы порой “бежим вслед за паровозом”.
В детских домах (не только в Абакане, но и в целом по Хакасии) есть ребята, которые больше недели-двух на одном месте находиться на могут. Это, как правило, мальчики и девочки 14 — 16 лет. После очередного побега с детьми беседуют, систематически пролечивают в психиатрической больнице. После коррекции проходит определенное время, и все начинается сначала. Кстати, детям из сельской местности легче: они имеют возможность общаться с природой. В городе же много соблазнов, которые нормализации психики не способствуют.
— По вашим наблюдениям, таких детей с каждым годом больше или меньше?
— Больше. Пока женщины не осознают, зачем они рожают детей, что они могут им дать — изменений не будет. Знаете, из каких соображений некоторые юные мамаши вынашивают младенцев? Чтобы получить единовременное пособие. И купить себе кожаную куртку. Жизнь ребенка, его будущее имеют свою “цену”. Вам не страшно?
По мнению медиков, если ребенка никогда не подносили к материнской груди, у него нарушается связь с миром. Он, никому не нужный, отторгает мир. С этим чувством ребенок вырастает, и отсюда у него проблемы.
— И все-таки давайте вернемся к беглецам. Что их толкает бродяжничать?
— Им нужен экстрим. И этот экстрим они находят, собираясь группами в подвалах. Для подростков родители, взрослые не являются авторитетом.
— А кто является?
— Их микросоциум, субкультура. Ведь для некоторых подростковых групп вседозволенность — норма. Чем они, по-вашему, занимаются в подвалах? Курят, причем травку, употребляют паленый спирт. И не в куклы же играют
17-летние мальчики и 14-летние девочки!
В этот порочный круг затягивает и детей из вполне благополучных семей. Недавно, во время очередного рейда, в подвале задержали девочку. Ее семья живет в благоустроенной квартире. Однако дома ей скучно. Мыться она ходит в общежитие. В подвале, где живет, стоят кровати. Экстрим (в данном случае, жизнь в подвалах) — прогрессирующая тенденция. К сожалению.
В сетях Интернета
Межведомственная операция “Семья” проводилась в несколько этапов. Основная цель — выявление несовершеннолетних и семей, находящихся в социально опасном положении. Для этого проводились рейдовые мероприятия. В частности, по компьютерным салонам.
В 22 часа у здания администрации Абакана собралась команда энтузиастов — представители комиссии по делам несовершеннолетних, управления образования, городского Центра госсанэпиднадзора, соцзащиты, УВД и СМИ. Разбившись на группы (в каждой по одному человеку от вышеперечисленных структур), отправились в компьютерные салоны на поиски заблудших сынов.
Ночной Абакан и впрямь обладает какой-то особой аурой. Таинственной и манящей. Наша группа, за исключением водителя-милиционера охраны конвойной службы Юрия Чеботарева, состояла из женщин бальзаковского возраста. Семейных. О том, чем живет ночной город, многие знали, но вот увидеть собственными глазами… Оказывается, в Абакане есть свои байкеры. В кожаных куртках и брюках, с банданами на головах, они неслись на мотоциклах, обгоняя иномарки. Последних тоже ночью немало. С глазами-фарами, подмигивающими хорошеньким девушкам в мини. С призывной музыкой.
У школы № 22 было темно. В пристройке возле школы притулился компьютерный клуб. В помещении на обычных столах разместились восемь компьютеров. За пятью из них сидели подростки. При нашем появлении некоторые попытались уйти. Не вышло. Заведующая отделением гигиены детей и подростков Госсанэпиднадзора Абакана Татьяна Белкова взяла в оборот хозяина компьютерного клуба. Сотрудники соцзащиты и УВД — подростков. Пытать с пристрастием ребят никто не стал. Просто побеседовали.
18-летнего Виталю, выпускника школы № 22, взяли на заметку. Сирота. Живет неподалеку, с дедушкой и бабушкой. Старший брат, по его словам, находится в местах не столь отдаленных. В компьютерный клуб парнишка ходит давно. Профессии у Виталия пока нет, но есть желание работать. Зарабатывать на жизнь и удовольствия. Вероника Нестеренко, ведущий специалист по защите прав детей и подростков, записала его координаты. И пригласила в управление социальной защиты населения Абакана. “Виталию как сироте будет оказана разовая помощь, — заметила Вероника Владимировна, — в размере 700 рублей. Дадим ему одежду, поможем устроиться на работу или определим учиться через городской центр занятости”. Мальчишка обещал прийти.
А вот Сереже П. семнадцать исполняется лишь в июне. (По закону детям до 16 лет в компьютерном салоне после 21 часа находиться запрещено.) “Надо же, какой бледный, — удивилась Вероника Владимировна. — Ты, наверное, все время у компьютеров проводишь?” Так, в общем, и оказалось.
На вид Сереже не дашь больше 15-ти. Воспитывает его и младшую сестренку мама. Спортом парнишка не увлекается. Его страсть — компьютерные игры. В салоне час игры за голубым экраном обходится в 10 рублей. Для матери, растящей одной детей, деньги немалые. Если учесть, что в сутки мальчик тратит по 20 — 30 рублей, за месяц набегает прилично. Этой семье тоже будет оказана помощь. Если они за ней обратятся в управление соцзащиты. Сережа замыкаться не стал, сообщил свой адрес. Летом ребятам выдадут путевки в лагерь, помогут, по возможности, с товарами для школы. “Вот так и выявляем тех, кому нужна помощь, — вздохнула Вероника Нестеренко. — Очень много ребят-сирот, из неблагополучных семей остаются без внимания. Рейды частично восполняют этот пробел”.
Следующий адрес: компьютерный салон “Легион”. Здесь все стильно, есть диванчик для отдыха. Но техники на небольшом пространстве явно многовато. Отсутствие вентиляторов тоже сказывается. Душно. За машинами не наш контингент — парни старше двадцати. А вот на диване двум мальчишкам, ждущим своей очереди, по виду не больше 16-ти. И как раз над ними на стене плакат: “Несовершеннолетним вход после 21 часа воспрещен”. Еще в салоне нельзя ругаться нецензурными словами, распивать спиртное, грызть семечки и орехи. По словам подростков, за этим строго следит администратор. На контакт ребята пошли. Назвались сводными братьями. “Мама у нас одна”, — заметил Артем. “А папы разные”, — закончил Миша. Артем сообщить свои координаты отказался. А Миша (ему семнадцать должно исполниться в конце мая) согласился. Правда, точный адрес назвать не смог. Но обещал показать общежитие, где живет мама. “Мне бояться нечего, — заметил Михаил. — Мама знает, где я. Она и деньги дала”. Мама и впрямь оказалась в курсе. Дома в комнате тихонько работал телевизор: спал внук Валентины Николаевны, матери Миши и еще пятерых детей. Сами они, по словам женщины, из села Солнечное Усть-Абаканского района. В Абакане прописана старшая дочь Валентины Николаевны. Последняя работает администратором в цирке. Есть, оказывается, в Абакане свой цирк, который гастролирует по школам и районам республики. Выслушав наставления Ларисы Смиричинской, старшего инспектора по делам несовершеннолетних ЛОВД на станции Абакан, Валентина Николаевна пообещала не отпускать сына так поздно вечером в клуб. Кстати, “сводный брат Артем” оказался другом Миши.
Пока мы ездили к Михаилу домой, возле салона собралась стайка подростков. Намерения юных отроков были понятны. Но увидев нашу солидную комиссию, мальчишки рассыпались как горох.
По следующему адресу, в районе МПС, нам застать никого не удалось. Около двенадцати мы добрались до ДК железнодорожников. Сторож уверил нас, что после девяти салон не работает. Правда это или по “сарафанному радио” информация просочилась, проверить нельзя.
Проезжая по улице Пушкина, под занавес решили заглянуть в зал игровых автоматов. Но, к счастью, среди азартных игроков несовершеннолетних не оказалось. По крайней мере во время нашего рейда.
Улица. Подвал. Чердак
На проверку чердаков и подвалов решено было отправиться в половине седьмого утра. По мнению “опытных борцов за подростков”, в это время любителей бродяжьей романтики можно найти именно там. Но нам не повезло. Подвалы и чердаки, если кто в них и ночевал, оказались пусты. Мужественно обдирая рукава курток, с фонариками наперевес мы излазили подвалы по улицам Торосова, Гагарина, Маршала Жукова. Безрезультатно. Правда, удалось обнаружить старые матрасы, крышки от столов, снятые с петель двери — вполне пригодные для того, чтобы на них спать. В некоторых подвальных помещениях стоял стойкий запах перегара и чего-то кисло-приторного. “Бомжи у нас ночуют, — заметила уборщица жилого девятиэтажного дома возле “Орбиты”. — Как попадают в подвал — загадка…”
— В подвалы с инспекцией нужно отправляться после 24 часов или до пяти утра, — заметила Лариса Смиричинская. — После шести подростки уходят на рынки, собираются в группы, планируют, чем будут заниматься днем. Одни — просить милостыню, другие — воровать или зарабатывать на хлеб насущный другим способом…
Дух бродяжий в подростках неистребим. Их с неудержимой силой тянет в путешествия на поиски приключений. И то, что они не всегда хорошо заканчиваются, ребят не останавливает. Увы.
Елена ЛЕОНЧЕНКО
