Десять лет назад в государственном календаре впервые был обозначен День памяти жертв политических репрессий. Согласно постановлению Верховного Совета России он установлен в связи с принятием закона “О реабилитации жертв политических репрессий”.
О том, какую роль сыграл и продолжает играть этот закон в жизни общества, рассказывает ответственный секретарь комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий при правительстве Хакасии, председатель республиканского общества “Мемориал” Николай АБДИН:
— В этом законе, принятом 18 октября 1991 года, впервые была дана правовая и нравственная оценка государственному террору и массовым преследованиям своего народа. Строки о том, что Верховный Совет Российской Федерации выражает глубокое сочувствие жертвам необоснованных репрессий, их родным и близким, уверен, заставили дрогнуть сердца очень многих соотечественников. Боль людская вырвалась из-под спуда — и сразу же стало легче дышать.
Закон положил начало широкой деятельности по реабилитации всех жертв политических репрессий, восстановлению их в гражданских правах. Причем инициировать возвращение человеку честного имени теперь могли не только органы власти, но и сам репрессированный, его родственники или общественные организации. Например, по ходатайству нашего “Мемориала” в 1992 году были реабилитированы представители хакасской интеллигенции, над которыми в 1934 году был устроен показательный судебный процесс в Новосибирске. На протяжении 58 лет девятнадцать человек понапрасну считались “буржуазными националистами”. Степан же Дмитриевич Майнагашев, видный хакасский ученый и общественный деятель, был реабилитирован лишь спустя… 80 лет.
Очевидно, что из-за давности событий, когда нет в живых ни самих репрессированных, ни их близких родственников, инициировать реабилитацию довольно часто приходится общественным организациям или органам власти.
— Академик Александр Яковлев, возглавляющий Комиссию при президенте России по реабилитации жертв политических репрессий, главным итогом работы назвал то, что за минувшее десятилетие удалось снять клеймо “врага народа” с четырех с половиной миллионов человек. По его словам, необходимо рассмотреть еще не менее 400 тысяч дел. А что вы, Николай Степанович, можете сказать о работе в масштабах Хакасии?
— Прежде напомню вот о чем. По мнению упомянутой вами Комиссии при президенте России, людские потери из-за репрессий сопоставимы с нашими потерями в годы Великой Отечественной войны. По неполным архивным данным, только в период с 1921 по 1953 год за “контрреволюционные” преступления были арестованы 5951364 человека. Из них 4060306 человек судебными и несудебными органами приговорены к различным видам наказания. Расстрельные приговоры получили 799455 человек.
В Хакасии общее количество жертв репрессий — порядка 60 тысяч человек. Это — и около десяти тысяч крестьян и членов их семей, и тысячи представителей депортированных народов СССР… Особо стоит сказать о тех, кто был арестован и осужден судебными и несудебными органами (“тройками”, “двойками”, “особыми совещаниями”). По последним данным “Мемориала”, их 5268 человек. Едва ли не две трети репрессированы в 1937 — 1938 годах. Больше половины — 2534 человека — расстреляны.
Конечно, эти печальные сведения — не окончательные. В подтверждение сказанному приведу такой пример. До 1998 года практически невозможно было заглянуть в дела бывших политзаключенных, помеченных грифом “совершенно секретно”. Они хранились в архивах в Красноярске. Но после того, как региональное управление ФСБ по Красноярскому краю дела на людей, репрессированных в Хакасии, передало в Центральный государственный архив республики, нам удалось-таки с ними ознакомиться. В итоге рассмотрения дел прокуратура Республики Хакасия реабилитировала более двух тысяч человек.
Но на этом работа по возвращению добрых имен людям, подвергшимся незаконным репрессиям, конечно же, не прекращается. Еще немало тайн хранят архивы.
— Целью закона является и обеспечение посильной для государства компенсации материального и морального ущерба, причиненного людям в результате репрессий. Николай Степанович, каким образом ведется эта работа?
— Во исполнение закона правительство России издало ряд постановлений. Во-первых, “Положение о выплате денежной компенсации реабилитированным лицам за время их пребывания в местах лишения свободы” от 16 марта 1992 года. В течение 1993 года в Хакасии все бывшие политзаключенные получили компенсации. Тогда их было 251 человек. Сейчас же остались в живых единицы.
Во-вторых, следует сказать о “Положении о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путем из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации” от 12 августа 1994 года. В Хакасии ее получили 634 человека. Сбор необходимых для этого документов оказался очень трудным. В нашем Госархиве почти не сохранились документы о раскулачивании, конфискации и высылке крестьян за пределы Хакасии. Пришлось детям “кулаков” искать 80 — 90-летних свидетелей и доказывать в суде, что родители не угоняли собственный скот и не вывозили дома и амбары в ссылку, в Томскую или Иркутскую область.
В-третьих, с марта 1994 года действует “Положение о порядке предоставления льгот реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий”. Но не всеми предусмотренными законодательством льготами можно воспользоваться своевременно. До сих пор не предоставляются льготы на зубопротезирование из-за отсутствия финансирования.
Безусловно, закон в том виде, в каком он был принят, не мог решить многочисленные проблемы реабилитированных граждан. В него уже вносились изменения и дополнения. Но и сейчас закон далек от совершенства.
— В чем?
— Например, в том, что он полностью не установил права детей жертв репрессий. Одни дети уехали с отцом-матерью в ссылку или родились там. Другие остались сиротами при живых родителях. У третьих и вовсе трагедия — родители расстреляны или погибли в ГУЛАГе. Разве они, дети, — не жертвы?..
Этот вопрос дважды рассматривался в Конституционном Суде России. Определением Конституционного Суда от 18 апреля 2000 года подтверждено, что лица, оставшиеся в несовершеннолетнем возрасте без попечения одного или обоих родителей, необоснованно репрессированных по политическим мотивам, должны признаваться подвергшимися репрессиям и реабилитированными.
Несмотря на то, что депутаты ГосДумы не приняли соответствующие поправки в федеральный закон, Генеральная прокуратура России разослала всем прокурорам субъектов Российской Федерации указание исполнять определение Конституционного Суда. Его отменить никто не может.
Так что все, кто лишился в несовершеннолетнем возрасте опеки родителей, репрессированных по решениям судов и несудебных органов, могут с соответствующими заявлениями обращаться в прокуратуру Хакасии. Подробные разъяснения по данному вопросу даны в номерах газеты “Хакасия” от 6 сентября и 19 октября этого года.
Записала
Вера САМРИНА
