ЗАМЕСТИТЕЛЬ губернатора Сергей СОКОЛ работает в кабинете, который до него занимали Шалва Бреус и Людмила Селиванова. Персоны пусть неоднозначные, но яркие и в администрации Лебедя обладавшие большим влиянием. Сергей Михайлович в команде нынешнего губернатора тоже играет не последнюю роль. В зоне его ответственности - ТЭК, отношения с олигархами, алкогольный рынок, промышленность: Заметно выделяют его среди других заместителей Александра Хлопонина подчеркнутый “дендизм” в стиле поведения и эпатирующая консервативных сибиряков внешность. Сегодня Сергей Сокол - гость “АиФ на Енисее”.
- ХОДИЛИ слухи, что губернатору долго пришлось уговаривать вас переехать в Красноярск:
- Это только слухи. Предложение Александра Геннадиевича поработать в администрации совпало с вектором моих устремлений. Мне интересно было попробовать себя в новой ипостаси. Тем более что с Хлопониным мы знакомы давно. В 1997 году, когда я возглавил “Норильскгазпром”, он рулил “Норникелем”. Отношения наших структур были тогда враждебными. Но уже через несколько месяцев они стали партнерскими. Так что я не удивился такому повороту судьбы.
Вслед за ледоколом:
- В АДМИНИСТРАЦИИ края работают люди разных поколений. Трудно находить общий язык с чиновниками, воспитанными еще советской системой?
- Без проблем. Идеология-то у нас ясная - достижение результата. А люди в администрации работают профессиональные, поэтому не важно, кто из какой системы вышел. Одно из достижений губернатора - он сумел создать команду из людей, пришедших в администрацию из разных систем. Хлопонин в этой команде - капитан, и его слово - закон.
- А какая у вас роль в этой команде? Если провести футбольную аналогию, вы - защитник или форвард?
- Футбол не относится к “моим” видам спорта. Мне больше по душе теннис: Да, иногда приходится выступать в роли защитника. Но вообще-то роль форварда мне больше по душе. И я строю работу своего блока в атакующем ключе. Например, нельзя отсиживаться в обороне, когда начинается реформа РАО ЕЭС. Иначе край загонят в прокрустово ложе “усредненных тарифов”.
- Соглашения, которые сейчас подписывает краевая администрация с олигархами, - это прорыв или просто “пакт о ненападении”?
- Хочу подчеркнуть, что это не “пиаровские” соглашения. Главная их цель - установление прозрачных и взаимоприемлемых правил игры. В процессе подготовки соглашений мы провели кардинальную инвентаризацию интересов краевой власти и ФПГ, работающих в регионе. Нас, конечно, интересовали в первую очередь две темы: налоги и социальное партнерство. В результате мы сумели расчистить площадку для движения вперед. И уже в ближайшее время результат этих договоренностей позитивно скажется на краевой казне.
- Вы как-то заметили, что 95% успеха в переговорах с ФПГ принадлежит Хлопонину. Ранее Селиванова говорила, что все благополучие края зависит от ее личных отношений с руководителями “Норникеля”. А на более прочном фундаменте отношения строить нельзя?
- Позволю себе такое сравнение. Есть атомный ледокол, а есть суда ледового класса. Атомный ледокол (в нашем случае это губернатор) прорубает путь, а за ним уже идут все остальные. В результате лед отступает. Именно так и наша команда старается выстроить свои отношения с ФПГ. Наши договоренности не носят кулуарного характера - они публичны и системны, а это гарантия того, что после очередных губернаторских выборов новой администрации не придется начинать с нуля.
Менеджеры-государственники
- ЧТО, на ваш взгляд, люди, познавшие вкус больших денег в бизнесе, могут найти во власти и что отдать взамен?
- Бизнесмен во власти, как правило, очень хорошо ориентируется в современной экономике, и его не проведешь на мякине. Но, естественно, во власти начинаешь оценивать многие вещи с социальной колокольни. Налоги, занятость, отношения местных органов власти с энергетиками:
Но вообще разница между бизнесом и госструктурами колоссальная. Бизнес всегда ориентирован на результат, а вот во многих бюджетных организациях почему-то торжествует сам процесс. Мне это не нравится, и я пытаюсь это искоренить. В этом плюс менеджерского подхода. А что дал поход во власть? Прежде всего - расширение жизненного горизонта и способность видеть мир более целостно.
- Оппоненты нынешней администрации утверждают, что пора становиться государственниками, а не только менеджерами. Менеджер-государственник - сочетаемые вещи?
- В силу своего нынешнего статуса мы не можем не быть государственниками. Но, видимо, существует разное понимание этого термина. Если “государственником” считают того, кто для решения проблем предпочитает показывать кулак, то это не про нас. Мы серьезно озабочены падением авторитета власти, но возвращать его с помощью выкручивания рук не будем. Мы умеем воевать, но этим опасным способом можно пользоваться в исключительных случаях. Чревато!
Слушайтесь родителей!
- НЕСМОТРЯ на молодость, вы уже добились многого. За счет чего?
- Родители дали мне очень хорошую базу. В свое время именно они советовали мне поступать в МГИМО, хотя я собирался пойти в военное училище - мечтал стать разведчиком. Но папа убедил, что профессия дипломата не хуже. Так что всегда нужно слушаться родителей. Ну а потом все уже зависит от тебя. Нужно уметь использовать шансы, которые предоставляет жизнь. Они даются всем, но не все делают правильный выбор. Я, например, никогда не думал, что буду работать в газовой отрасли, но, тем не менее, уже в 26 лет возглавил “Норильскгазпром”.
- Да, крайне неожиданный поворот:
- После окончания МГИМО я поработал в МИДе, служил в посольстве в Эквадоре. В 1994 году вернулся в Россию. В кармане было пусто. На шее родителей сидеть не хотелось. Поэтому сделал выбор в пользу бизнеса. Вроде бы получилось.
- Есть ли сегодня шанс у неглупого парня рабоче-крестьянского происхождения пробиться наверх?
- Когда поднималось нынешнее поколение тридцатилетних, возможностей, конечно, было больше, но и риск был немалый. Можно было как взлететь, так и упасть. Сегодня ситуация стабилизировалась, и путь наверх у нынешних выпускников вузов более безопасный. Все-таки сейчас не советская система, когда карьера шла по очень узкому коридору: комсомол, профсоюзы, партия. Я, кстати, убежденный сторонник привлечения молодежи в администрацию. Если человек - профессионал, то при чем тут возраст? Зря думают, что администрация края - какая-то замкнутая структура, куда без связей не попасть. Я хочу предложить ректорам ведущих вузов Красноярска прислать к нам на практику лучших студентов. Чтобы мы могли на них посмотреть, и лучших из них оставить здесь работать.
- А захотят ли они остаться? Хлопонин жаловался, что никто не хочет работать за те деньги, которые сейчас платят в администрации.
- Деньги и вправду небольшие, зато опыт приобретается крайне полезный. Я, например, нисколько не жалею о том времени, когда работал в МИДе. Зарплаты тоже едва на жизнь хватало, но именно там я понял принципы, по которым в России строится система власти. Потом мне это очень пригодилось в бизнесе.
От рассвета до заката
- ВЫ закончили МГИМО. Знание языков помогает в жизни?
- Не рискну заявить, что полноценно знаю языки. Неплохо говорю по-испански, чуть хуже - по-английски. В институте изучал сингальский язык. Это государственный язык Республики Шри-Ланка. Сингальский язык - самый полезный. (Смеется). Их письменность можно использовать для шифровок со стопроцентной гарантией, что никто ее не разгадает.
- Ваши жена и сын до сих пор живут в Москве. Как переносите разлуку с родными?
- Жена достаточно часто приезжает в Красноярск, а вот сын постоянно находится в Москве, и по нему я сильно скучаю. К сожалению, даже если бы я перевез их в Красноярск, то не факт, что мы виделись бы чаще - слишком много работы. Ухожу рано, прихожу поздно.
- Сергей Михайлович, а к чему эти жертвы? Работа на износ, без семьи:
- Наверное, у каждого своя мотивация. Кому-то просто “в кайф” ощущать себя начальником. Но я к ним не отношусь. Мне просто интересно работать в этой сфере. Не надо делать из меня такого уж упертого “трудоголика”. Отдыхать я тоже умею. Наверное, уже все в Красноярске знают, что я люблю мотоциклы.
Скорость - не главное:
- ОТКУДА это увлечение?
- Хотел бы подчеркнуть, что это только одно из моих увлечений. Просто оно на виду и достаточно необычно для чиновника. Я катаюсь уже года четыре. До этого считал байкеров самоубийцами, но потом один мой хороший знакомый сумел меня этим хобби зацепить. Для меня езда на мотоцикле - то же самое, что для многих людей прогулки в лесу. Просто ощущения более острые. Я не поклонник бешеных скоростей. Удовольствие можно получить и от спокойной езды.
- Как оцениваете перспективы красноярского байкерства?
- Сейчас в Красноярске ситуация примерно такая же, как в Москве в конце девяностых годов. Мотоциклов мало, энтузиастов больше. Единственная проблема: культура вождения в Красноярске - на низком уровне. Мотоциклисты здесь больше рискуют, потому что к ним еще не привыкли. А потенциал у красноярского байкерства очень большой.
- Как ваши “мототоварищи” относятся к тому, что рядом с ними на “Харлей-Дэвидсоне” гоняет заместитель губернатора?
- Сначала я очень радовался, что они меня не узнавали. Я был в каске, в очках, - все, как положено. Отношения выстраивались без напряга. Потом, конечно, узнали о моей работе. Но к этому моменту я уже был “своим” в компании и каких-то жутких проблем не возникло. Заместители губернатора ведь тоже могут быть нормальными людьми!
Александр ЧЕРНЯВСКИЙ
