ОПАСЕНИЯ скептиков в том, что под влиянием эмоций и адвокатского красноречия присяжные будут оправдывать всех подряд, не подтвердились. Первое же дело, рассмотренное Красноярским краевым судом с их участием, закончилось вынесением обвинительного приговора. Двенадцать присяжных заседателей единогласно признали Виктора Борзова виновным в двойном убийстве.
В АПРЕЛЕ прошлого года Борзов зверски убил известного врача-гинеколога, заведующую отделением хозрасчетной поликлиники Наталью Семенову и ее 4-летнего сына. Хозяйку квартиры Борзов забил молотком, а мальчика задушил. Преступник и жертва были знакомы почти 10 лет. Более того, лишь благодаря проведенному этим врачом лечению в семье Борзова родился ребенок. Следствие установило, что мотивом к совершению злодейского преступления стала корысть. У Борзова было много долгов, а Семенова собиралась покупать машину:
НИ НА следствии, ни на суде свою вину Борзов не признал. Опираясь на вердикт присяжных, судья объявил, что убийца заслуживает смертной казни. Но в связи с тем, что в России действует мораторий на этот вид наказания, Борзов приговорен к пожизненному заключению.
Это дело было рассмотрено с участием присяжных, так как об этом ходатайствовал сам обвиняемый. Очевидно, Борзов рассчитывал на более благоприятный вердикт. Основания строить такие планы у него были: при обычном рассмотрении дел выносится около 1% оправдательных приговоров, а в судах присяжных - почти 20%. Однако, когда улик достаточно, российские заседатели, как и их коллеги за рубежом (суд присяжных действует в США, Канаде, Великобритании), как правило, выносят наиболее суровый вердикт из всех возможных: “виновен, не заслуживает снисхождения”. И это закономерно. Ведь судьбу человека, оказавшегося на скамье подсудимых, определяют обычные люди, которые тоже могут пострадать от преступников. Естественно, они не могут испытывать к ним симпатии.
В общем, в наших условиях нет никаких оснований рассчитывать, что присяжные станут “играть на поле” защитника. Скорее, они будут поддерживать прокурора. Впрочем, если подсудимый страшится народного гнева, он может присяжных и не приглашать.
Ева ОКСЕНГЕНДЛЕР
